- И, кстати, не забудь показать Вадиму свой автопарк, - произнесла уже громче, так, чтобы сын меня слышал. - Уверена, ему будет интересно.

Я заметила, как рука Антона сжалась в кулак. На мгновение мне показалось, что он готов меня ударить.

- А ты действительно изменилась… - произнес он с кривой усмешкой.

- Хороших выходных! - сказала я вместо ответа и помахала сыну рукой прежде, чем выйти на улицу.

С тихим шелестом шин такси остановилось у дома Адама. Было уже достаточно поздно для подобного визита, но я хотела знать правду. Больше ни единой минуты, ни единой секунды не была намерена позволять над собой потешаться!

- Милана? - удивился Адам, открыв на мой звонок и тут же расплылся в улыбке. Такой мягкой, такой соблазнительной, что меня буквально затрясло от того, что это могло быть всего лишь фальшью.

Я решительно прошла внутрь, ускользнув от протянутой ко мне руки. Замерла посреди холла и, стоя к Адаму спиной, сказала:

- Мой сын заявил, что намерен жить с отцом. И знаешь почему?

Я быстро обернулась к Адаму, чтобы считать выражение его лица, но там было лишь непонимание.

- И почему же? - спросил он, озабоченно хмурясь.

- Потому что я сплю с братом любовницы его отца.

- Черт!

Он остервенело провел рукой по волосам и твердо заявил:

- Я могу все объяснить.

- Ну, попробуй, - пожала я безразлично плечами, хотя внутри все клокотало и болело. Все, чего мне сейчас хотелось - кричать в голос, пока не охрипну, пока не останется сил, пока не иссякнет все, что убивало изнутри. Пока не останется никаких вообще чувств, кроме пустоты.

- Я действительно сын Романа Лемешева, - начал Адам.

Я его перебила:

- Ты сказал мне, что знать их всех не знаешь!

- Так и есть, - жестко заявил он и приблизился ко мне на шаг. Я отступила."

"- В этом я тебе не солгал, - продолжил Адам, покорно застыв на том расстоянии, которое я между нами очертила. - Он отослал меня прочь сразу, как я родился. Я был не нужен своей матери, не входил в ее планы на жизнь - и она скинула меня на шею Лемешева. Но ему я тоже не был нужен - наняв няню, он отселил меня прочь, чтобы не нервировать моим существованием свою любимую дочь. А позже отправил учиться в Лондон, долой с глаз, подальше от неудобных вопросов, которые я ему задавал.

Я молчала, потрясенная.

- За всю свою жизнь я видел этого человека считанное количество раз. Я совсем не знаю ни его, ни его дочь. Все, что я знаю… это то, что я их за это ненавижу.

- Но причем тут я?! - вырвалось у меня отчаянно.

Он посмотрел на меня с сожалением, с затаенным чувством вины.

- Я говорил тебе, что ты мне сразу понравилась. Я не лгал. В тот вечер, на дне рождения Анны, я… наблюдал за тобой. Знал, кто ты и… восхищался тем, как ты держалась. Восхищался твоей смелостью и силой духа. И даже слезами, которые ты хотела от меня скрыть.