7

- Милана? Скажу сразу, я весьма удивлен, - произнес Роман Юрьевич, встречая меня в ресторане, где и назначил встречу.

Я не раздумывала ни секунды, соглашаясь на его условия. Тем более, босс Антона заверил - это в любом случае будет беседа тет-а-тет.

- Тем, что я сама вам позвонила? - уточнила, присаживаясь за стол, когда официант отодвинул для меня стул. - Я и сама весьма удивлена."

"Это не являлось неправдой. Но чем больше я размышляла о той Милане, которой была несколько дней назад, и той, которая сейчас сидела напротив Лемешева, тем больше приходила к выводу: я взаправду удивлена тем, кем стала за считанные сутки.

- Что ты будешь? - спросил Роман, просматривая меню и делая вид, что у нас с ним едва ли не свидание.

Ну, или просто обыденная встреча приятелей за бокалом чая.

- Я не голодна, - обозначила сразу тот факт, что прибыла сюда вовсе не для того, чтобы отведать морепродуктов. - И думаю, мы оба понимаем, за чем здесь собрались.

Лемешев отложил меню. Коротким, но властным жестом дал понять официанту, что спешить к нам не нужно. Чуть подался ко мне, упираясь локтями в столешницу и сказал:

- Думаю, понимаем.

Но предпочту все же знать, что тебя побудило позвонить мне и приехать на эту встречу.

Я скопировала его жест, тоже подаваясь навстречу Роману Юрьевичу. Окунулась в ледяной серо-голубой взгляд, после чего проговорила:

- Хочу знать все. Всю историю жизни моего мужа с вашей дочерью.

Болезненная вспышка, родившаяся внутри, принесла новую боль. Говорить о том человеке, которого еще вчера встречала с работы, кто был центром всего, кому готова была отдать собственную жизнь, если бы этого потребовали обстоятельства, было слишком убийственно.

Потому что я в данный момент сама желала вызнать все, априори понимая, что это меня если не убьет, то сделает эмоциональной калекой как минимум.

- Скажу сразу, что эта тема станет острой не только для тебя, - мягко проговорил Роман Юрьевич. - И знай - я понимаю, что для тебя все это очень… больно.

Посмотрев на Лемешева так пристально, что у меня на глазах появились слезы, я, кривовато усмехнувшись, задала риторический вопрос:

- А разве это что-то для кого-то меняет?

Всем было на меня плевать.

Я закрывалась, как могла, от этого знания, но оно так или иначе возникало в мыслях. Нет, я вовсе не имела ввиду Алю или Вадима. Как раз в них была уверена на все сто. Но сейчас, сидя напротив мужчины, который наверняка знал обо всем с самого начала, я осознавала - мне пришлось лицом к лицу оказаться против мужского мира. И один из представителей этого прекрасного сильного пола - мой муж.

- Я хочу знать все, - повторила то, что уже сказала ранее.

И надеялась в этот момент лишь на откровенность Лемешева.