А вот с черешней дела обстояли похуже. На некоторых ягодах проросли паутинки плесени, другие потемнели. Ничего, на месте переберем.

Как и планировали, мы освободили два картонных ящика, пересыпав черешню в коробки в рюкзаках — если чуть и помнется, испортиться не успеет. Теперь поклажа не будет такой громоздкой, хоть за ручку можно тележку ухватить. Ну и чтобы оптимизировать багаж, мы распределили пару ящиков абрикосов в два, разделив слои газетами.

Раз первыми выйти не получилось, придется плестись в хвосте. Все пассажиры спешили покинуть душегубку, и между ними при всем желании не втиснуться.

Мимо потянулась вереница людей, тянущих грузы больше собственного веса, замелькали клетчатые сумки. Говорят, что муравьи самые сильные — врут, самые сильные — это «челноки».

А вот и болельщики ЦСКА с опухшими лицами, потерявшие трех бойцов. Надеюсь, быка Ванилу хоть пару суток помаринуют в обезьяннике.

Пока ждали, бабушка напомнила правила выживания в большой и опасной Москве:

— От меня далеко не уходи. Не оставляй вещи без присмотра. Деньги не держи в карманах. Не вступай в диалоги.

Не поднимай валяющиеся кошельки и деньги.

Если бы это было начало двухтысячных, добавилось бы: «Не давай телефон, если попросят позвонить — украдут». Все это я знал, но не перебивал бабушку: ей будет спокойнее, если она меня проинструктирует.

Потеряв драгоценные пятнадцать минут, мы выволокли товар в тамбур, нацепили рюкзаки. Я слез первым, жадно вдохнул воздух, принял одну кравчучку, затем вторую. Помог спуститься бабушке, поблагодарил Веронику и Валентину — пассажиров они провожали вместе.

— Приходите желательно за полчаса до отправления поезда, — предупредила Валя.

 — Будем ждать… И еще. Павлик, как тебе удалось усмирить того придурка?

— Попросил друзей его увести, чтобы у него не было проблем. Они вняли. Сам удивился, что сработало.

На самом деле я знал, сработали примитивная манипуляция и передергивание фактов. Я ваш друг и желаю вам добра, опасность угрожает не проводнице, а вашему приятелю. Спасайте же его! Болельщики были пьяны, критическое мышление у них отшибло, потому и повелись.

— Спасибо и… Удачи! Мы вас ждем! — улыбнулась Вероника и хоть ненадолго перестала быть похожей на крыску.

"

"Мы покатили тележки по перрону и уже на ровном поняли, что легко не будет. Маневренность у кравчучек стремилась к нулю; когда кто-то или что-то встречалось на пути, приходилось или останавливаться и просить посторониться, или волоком оттаскивать свой груз. И это еще ступенек нет! Однозначно две тележки в метро мы не спустим, потому что по ступеням их можно транспортировать только вдвоем.

Остановившись у стены вокзала, бабушка перевела дух.