Лицо его приняло привычное выражение прохладной сдержанности — знакомое ей по первым их встречам. Тогда она подумала, что ему не помешало бы улыбаться чаще. Франческа подколола узел шпильками и, снова взяв в руку щетку для волос, принялась безотчетно вертеть ею. Возможно, она была слишком строга к нему. Она торопилась с выводами относительно его чувств к ней, основывая свои предположения всего на одном его поступке, хотя у него могло быть сто причин, чтобы сделаться угрюмым и молчаливым. Несколько часов назад, когда они, расслабленные и довольные, лежали вместе в постели, он был совсем другой.

Возможно, он очень любил своих братьев, а они его — не очень, или создавали ему массу неприятностей, или еще что-то. Список можно продолжать и продолжать. Возможно… О Господи, да она и вправду была круглой дурой, если об этом не подумала! Возможно, своим вопросом она напомнила ему о такой больной для них всех проблеме с наследством. Будь она на его месте, она бы тоже помрачнела и затихла. Да, твердо сказала себе Франческа, она поступила опрометчиво и неумно, и ругать ей надо не его, а себя.

Франческа глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и приказала себе не спешить с выводами. Не было никакого повода рушить их отношения еще до того, как они начались.

— Ты ведь останешься завтракать? — Она встала и подошла к шкафу, чтобы достать легкую шаль.

Эдвард посмотрел на нее так, словно она вывела его из глубокой задумчивости. Он ответил не сразу. Франческа ждала, вопросительно и с надеждой приподняв брови.

— Если ты этого хочешь, — сказал он.

— Я хочу. — Она улыбнулась. Отчасти с облегчением.

 — Очень хочу.

Она чувствовала себя на удивление непринужденно, спускаясь с ним по лестнице. Он придержал для нее дверь, а затем отодвинул для нее стул. Миссис Дженкинс уже накрыла на стол. Блюд к завтраку она приготовила гораздо больше, чем обычно. Франческа подозревала, что экономка уже знает, что у хозяйки гость. Однако когда чуть позже миссис Дженкинс вошла с только что сваренным чаем, ее подозрения не подтвердились. Миссис Дженкинс вошла со своей обычной сияющей улыбкой, но едва взгляд упал на лорда Эдварда, как улыбка ее испарилась.

Однако она тут же пришла в себя и поставила чайник перед Франческой, но, обойдя стол и оказавшись y Эдварда за спиной, откуда он не мог ее видеть, вопросительно на нее посмотрела. Франческа едва заметно покачала головой. Если миссис Дженкинс ожидала увидеть Олконбери, то ее нельзя назвать слишком прозорливой.

— Чаю? — спросила Франческа у Эдварда.

— Да, спасибо.

— Или кофе? — спросила она по наитию и по глазам его поняла, что он привык пить кофе по утрам.