А еще я хочу позвонить Варваре Петровне и выяснить об условиях вашей с ней договорённости. Может, она мне не подойдет…

- Да? – он не сдержал скепсиса, очень уж хотелось ее немного на землю приопустить, а то слишком эфемерное существо. Летает тут. – То есть, если вам не подойдут условия, вы останетесь здесь? Откажетесь от моих услуг? И что делать будете?

Она открыла рот, чтоб ответить, но так и замерла, задумавшись.

А Макс, хмыкнув, вышел из квартиры первым, не дожидаясь, пока она догонит.

В том, что она догонит, он не сомневался.

Его машина, старый, потрепанный жизнью, но еще очень даже шустрый патриот, главным достоинством которого всегда была его нереальная проходимость, был припаркован в стороне от двора. И до него надо было топать.

А потому Макс немного сбавил ход. И усмехнулся, услышав за спиной топоток и возмущенное сопение.

Не привыкла аристократка, что ее не ждут.

Ну, ничего, привыкай, красотка инстаграммная.

- В машине позвонишь тете Варе.

- Хорошо, спасибо! Но как быть с телами? Надо же в полицию… Это же пределы допустимой самообороны, так?

Княгиня трещала, торопливо перебирая ножками, Макс не отвечал, мрачно размышляя, сколько ему придется это вот терпеть.

Надо ее упрятать подальше, а самому пошустрить.

Не хотел он с этими Детьми связываться, слышал о них много говна. Причем, его заказчики из конторы, иногда использовавшие его , как стороннюю наемную силу, никогда про Детей не упоминали. И не заказывали никаких действий с ними. И это навевало вполне логичные мысли.

Так что, будь его воля, Макс бы и дальше обходил тварей десятой дорогой. Понятное дело, что воротили они дела нехорошие, и мошенничество с братцем Княгини даже под категорию средней тяжести по их градации не подходило, но Розгин давно уже уяснил для себя , что, чем дальше от всего этого, тем лучше. Он – просто наемник. Ему платят, он делает. То, чего хочет заказчик. В пределах разумного, естественно. Он все же не наемный убийца. У него свои понятия есть.

И одно из основных – меньше лезть в дерьмо и делать свое дело от и до.

Ну, а уж если влез, то выкарабкиваться так, чтоб без следов.

То есть, по горло не залезать.

И вот теперь чуяло его внутреннее подсознательное, что это будет дерьмо. И что макнется он в него по самую макушку.

И никак не отвертишься, мать его!

Он разозлился опять, покосился на Княгиню, которая никак не могла дозвониться до тети Вари.

- Она уже спит, наверно, - пожала она плечами.

- Да, завтра наберёте еще раз.

Он тронулся с места, решая первоначальный вопрос – куда везти свою заказчицу, бля.

Или, лучше сказать, временную хозяйку?

У которой он как бы и за охрану, и за джинна из бутылки?

Раб лампы, мать его…

Спасибо тебе, теть Варя… Удружила.