Я выставила перед собой ладонь, прошептала:

- Не надо… Пожалуйста… Не надо…

А он шагнул ко мне. Неотвратимо, как в фильме ужасов.

Я даже дернуться не успела.

Он протянул руку, хватая меня за выставленную ладонь и дергая на себя. Впечатывая в свое тело! Я охнула, ноги подкосились. В голове только и билось: «Не убивай, не убивай, не убивай!»…

Глаза я не закрывала, не могла оторваться от его черного бешеного взгляда. Огромные зрачки, сейчас больше похожие на пистолетные дула, нацелились на мое лицо, рассматривали, как-то жадно и немного безумно.

А я смотрела. Смотрела. Смотрела.

И ждала, когда ударит. Ножом. Он же этих мужчин ножом убил? Да? Не голыми же руками? Или голыми?

Я опустила глаза, чтоб посмотреть на его пальцы, сжимающие мое запястье…

И в этот момент он меня поцеловал.

Черная метель.

За всю свою жизнь Максу Розгину приходилось терять голову раза три, наверно. И никогда эти разы не были связаны с бабами. Не случалось как-то.

Нет, конечно он слышал об этом, да и по рассказам других мужиков, своих прежних приятелей по полиции и армии знал, что так бывает. Что уносит. И мысли никак в голове не образуются. Творишь хрень, а потом… Жалеешь.

Ну, или не жалеешь.

Это если качественно хрень натворил. С обоюдным удовольствием.

Сам он так не впирался и совершенно искренне считал, что уже и не сможет. Прошло время молодости и глупости. Сейчас, даже занимаясь сексом с женщиной, полного отключения у него не происходило. Постоянно мелькали самые разные, а, порой, и не относящиеся к ситуации, мысли. Мозг работал.

Да и вообще, секс - уже давно не то событие, о котором стоит думать.

А потому случившееся с Княгиней было в какой-то степени за гранью.

И не сказать, что драка – причина помрачения рассудка.

Хотя, конечно, когда убиваешь человека, даже если этот человек – полная тварь и отморозок, насилующий женщин, это свой отпечаток накладывает.

Максу приходилось убивать. Много.

В армии – даже не считал, сколько. Не снайпер же, чтоб счет вести.

После , в милиции, а потом в полиции… Ну бывало. Тоже старался не считать. Не простым оперативником работал, всякое видеть приходилось. Такое, что лучше бы забыть.

За привычку мгновенно принимать не особенно популярные, но эффективные решения, его в прошлой жизни часто наказывали. Звания, премии, прочие прелести жизни…

Служба уже давно в прошлом.

А привычка – осталась.

Поэтому скоту, что зажал беспомощно трепыхавшуюся Княгиню на диване, Макс сразу сломал шею. Быстро и без затей. Мог и не ломать, но…

Её круглые белые коленки, тонкие голые ножки и тело этого хряка между ними… Не стал сдерживаться.

Второй оказался проворней и даже какое-то время потанцевал. Макс опознал в повадках своего армейского коллегу. Но, судя по всему, не его опыта. Просто так, рядом стоял, нахватался.