Ну или обманул. Без разницы.

Ферингтон козырнул по-местному, прижав руку к груди и пошел на выход. Хорошо, одна проблема решилась, а то я ожидал большего сопротивления, в том числе и прямого обвинения в Скверне перед отцом. А что мне, собственно, бояться? Что когда-то потом об этом узнают Искореняющие и устроят разбор полетов? До этого еще дожить надо, что проблематично в данной ситуации. Зато осаждающим будет большой сюрприз. И потом тоже. Плоты, говорите, делаете? Ну делайте, флаг вам в руки. Как, интересно, наши дружинники топить их собираются? Стреляя со скорпионов и баллист с башен камнями и большими стрелами а-ля копье? Так медленно, очень медленно, особенно когда приступ массированный и со всех направлений.

Могу предложить им и другой вариант, попроще. Куполами закрыть все плавсредства не получится, магов на всех не хватит, разве только если артефактами обойтись. И когда рядом или на нем взорвется бутылка с порохом, то вряд ли он выдержит, как и его экипаж. Ну об этом думать еще рано, пока надо подготовиться к грядущей вылазке.

После трудного дня я опять валился с ног, как и все прошлые.

А как там, соственно, Фили? Что-то давно — с начала этой суматохи — мы с ней виделись только мельком, у нее тоже работы хватало, с прибытием такой толпы. Пока пристроишь всех по хозяйству, пока то, пока се — и день прошел.

Я дернул за шнурок, вызывая ее к себе. Но ждать пришлось минут пять, пока на пороге не появилась сонная Фили с кругами под глазами.

— Ну что же ты меня игнорируешь? — спросил я.

— Да, похоже, наоборот милорд, — сказала она и зевнула, прикрывая рот рукой. — Потом еще столько дел…

— Ладно, иди ко мне, — я приглашающе откинул край одеяла.

Фили неуверенно скинула платье и сделала шаг к кровати. Устала, вижу по ауре, что устала. Много на нее свалилось. Она легла рядом со мной.

— Устала? — я погладил ее по волосам.

— Ага, — сказала она, прижавшись ко мне.

— Ну тогда отдыхай, — я коснулся ее лба, она закрыла глаза и ровно задышала."

"Да, я и так умею, теперь все такие несложные заклинания выходили автоматом, даже думать не приходилось. А ей действительно надо отдохнуть, не будем превращать занятия любовью в секс двух усталых до предела людей. Вон и Друг того же мнения — он сначала вздохнул, как это умеют делать только собаки, но, видимо, поняв наше состояние, плюхнулся обратно на коврик.

Я поудобнее накрыл ее одеялом, она во сне свернулась калачиком, как ребенок. Пусть спит, не буду мешать. Да и самому было бы неплохо — завтрашний день опять будет полон забот и дел, и я больше чем уверен, что неприятных и сложных. Впрочем, а других у меня и не бывает.

Я посмотрел на Фили, сладко улыбающуюся во сне, вытянулся рядом и закрыл глаза. Утро вечера мудренее.