– У меня папа был дальтоник, я знаю, что женщин, которые цвета путают, почти не бывает. Зачем меня обманываешь? Пуговички красные!

Я схватила со стола бутылку минералки и принялась пить прямо из горлышка.

– Я подсказывал тебе, – зашипел Игорь, – но ты у нас сама все знаешь. Довела Тонечку до слез!

Гостья принялась всхлипывать.

– И башмачки тебе не понравились, и шляпка…

– У нее нет головного убора, – пролепетала я.

Антонина перестала шмыгать носом. Посмотрела на куклу и заорала:

– Где она?

И тут раздался оглушительный грохот. Я подпрыгнула на стуле и разлила воду из бутылки.

– Что случилось? – обморочным голосом спросила Мартынова. – Мне показалось, что крыша падает.

– Простите, – произнес мужской голос, – это я уронил гармошку.

– Кто говорит? – спросила Тоня.

– Я.

– Вы где? – осведомилась Мартынова.

– Тут.

Я включилась в беседу.

– Вас не видно.

– Неужели? – удивился тенор. – А-а-а! Я за шторой.

Занавеска на окне раздвинулась. Перед моим взором предстал Никита Сергеевич, лжеврач со «Скорой», он держал батарею."

"Я закрыла глаза. Надеюсь, этот тип просто привиделся.

– Я офигеваю, – заржал Гарик. – Ты что здесь делаешь?

– Кит чинит радиатор, – сообщила из кухни Нина, – он шумит так, что мигрень в голову вгрызлась.

– Да, громко парень разговаривает, – согласился Гарик.

– Ты не понял! Я имею в виду воздух, который гудит внутри батареи, – уточнила Нина.

– Всем привет, – сказал Феликс. – Что у нас на ужин? О-о-о! Заливное!

– И кролик! – объявила Марина, внося в столовую блюдо. – На десерт антоновка в тесте!

– Дайте ножик, дайте вилку, – пропел Гарик.

– Вы уже едите? – возмутился Дегтярев, материализуясь в столовой. – Не могли нас подождать?

Кузя молча сел, положил ноутбук на стол, открыл его и впился глазами в экран.

– Разрешите мне расположиться на краешке стола и посмотреть, как семья ужинает? – всхлипнула Тоня. – Хоть у чужого очага погреюсь.

– Устраивайся в центре, перестань изображать пипкана! – велела Марина.

– Нет, нет, мое место последнее, – канючила Тоня.

– Лады, – согласился Сеня, – вот вам стул, поставьте его у комода, там вы точно будете в наименее почетной позиции.

– Никита, идите ужинать, – велела жена полковника.

– Очень хочу поесть, но не могу, – прокряхтел сантехник.

– К нашему берегу приплыл еще один пипкан, – сказала Марина.

– Не знаю, кто это такой, но я не он! – возразил Леонов.

– Неприятно, когда тебя пингвином обзывают, – шмыгнула носом Тоня, – но когда тебя, сироту, некому защитить, тогда нужно терпеть!

– Не пингвин! Пипкан! – уточнила наша повариха. – Это особый род человека.