Большая часть сожалела, что не присоединилась к нему и не поучаствовала в разграблении самой большой и богатой страны. Кочевники, скорее всего, относились именно к этой части. К тому же, побеждены были персы, которыми управлял царь царей с запомнившимся им именем Дарий, что для скифов, имеющих крепкую память и мстительный характер, было елеем на душу.

То, что я участвовал в походе, повысило мой статус еще выше, что и подтвердил старший скиф, предложив:

— Пойдем, я проведу тебя к воину, который продает двух очень хороших кобыл.

Продавал их пожилой скиф, правый рукав кожаного кафтана которого был укорочен так, чтобы наружу выглядывало окончание культи ампутированной по локоть руки.

Одна кобыла была четырехлеткой, вторая прожила на земле на год дольше. Обе гнедые и на вид здоровые.

— Проедь на них галопом, — предложил я Скилуру."

"Пока он, на ходу перескакивая с одной кобылы на другую, нарезал круги по окрестностям, я коротко поведал скифам о походе Александра Македонского, о трех главных сражениях, о захваченных крупных городах и взятой в них добыче.

Слушали меня внимательно, не перебивая. У скифов не принято говорить долго и, как следствие, перебивать говорящего. Уточняющих вопросов не задавали и сомнений не высказывали. Тебе верят, что бы ни говорил, пока не докажешь, что врун. После этого больше никогда не будут верить.

Когда вернулся Скилур, я еще раз осмотрел лошадей, убедился, что никакие скрытые изъяны не проявились, не хромают, дышат ровно и чисто, без хрипа. Продавец запросил пять мин серебра за обеих, на что я сразу согласился, потому что в Македонии такие кобылы стоили бы раза два дороже.

Когда я отсчитывал деньги, безрукий продавец спросил Скилура:

— Ты скиф?

— Да, — подтвердил юноша. — Меня ребенком захватил в плен македонцы.

— Ты его раб? — кивнув в мою сторону, задал продавец второй вопрос.

Скилур посмотрел на меня, потому что не знал правильный ответ. Мы с юношей никогда не обсуждали, кем он мне приходится.

— Он мой младший брат, — ответил я и добавил: — Скилур принимал участие в последнем сражении, убил двух конных персов.

Убить всадника — это не какого-то там пехотинца, хотя оба пойдут в зачет для получения разрешения присутствовать на пирах.

Скифы посмотрели на своего молодого соплеменника с уважением, а он в свою очередь посмотрел с симпатией на меня, признавшего его своим братом. Сироты очень падки на такое.

— У тебя есть жена? — задал продавец третий вопрос.

— Нет, — признался юноша и покраснел.

Черт, я как-то упустил из виду, что Скилуру пора бы жениться!

— Это плохо, — сделал вывод продавец, но развивать тему не стал.