Но первым делом он спросил, хотя было видно, что нисколько не сомневается:

– Это ты Тавра поймал?

Я уже заметил, что слух обо мне разлетелся по всей округе, а так как внешне сильно отличаюсь от местных, меня сразу идентифицируют.

– Не ловил я его. Это он на меня напал, – ответил я.

– Какая разница! – произнес он и громко позвал: – Елена, иди посмотри! Это он Тавра поймал!

На террасу вышла темноволосая и смуглокожая, беременная женщина лет сорока и явно не прекрасная, с неглупым и твердым лицом. Такие вертят мужем, как хотят, но на людях показывают полную покорность. Подозреваю, что это она охмурила славянина. Елена с улыбкой поздоровалась со мной и, сославшись на занятость, сразу ушла.

Я уже обратил внимание, что здесь непривычно много беременных женщин, причем некоторые сами еще дети, лет двенадцать-тринадцать. Вот где истоки педофилии! Беременных здесь больше, чем в первый год после того, как Путин приказал платить материнский капитал за второго ребенка. Видимо, женщины шестого века считают, что дети и есть самый ценный материнский капитал. А может, сказывалось отсутствие телевизора с интересными вечерними и ночными программами и средств контрацепции.

Я объяснил Келогосту, что хотел бы поселиться в комнате, которая бы надежно запиралась изнутри и снаружи, и где я мог бы держать пса.

– Да можешь собаку держать в любой комнате, дело твое, – сказал дрегович. – Только чтобы она ночью не бегала по двору, а то мои порвут.

Действительно, три крупные собаки, не меньше Гарри, запертые в деревянной клетке, рвались пообщаться с ним. Мой пес игнорировал их.

– Насчет воровства не беспокойся, я сам приглядываю, и сторож есть, – показал он на вооруженного мечом и коротким копьем хромого мужика, видимо, бывшего солдата. – Я на том и зарабатываю, что сам не ворую и другим не даю. Купцы – народ недоверчивый, если раз подведешь, больше не поселятся у тебя.

– Многих это не останавливает – сказал я.

– Люди разные бывают, – согласился он. – Хочешь, наверху можешь жить, там сейчас три комнаты свободны, утром ушел обоз, а хочешь, возьми складскую комнату с висячим замком, только она подороже будет.

Он подвел меня к двери на железных петлях и закрытой на тяжелый, амбарный замок. За дверью находилась большая комната с двумя топчанами у боковых стен, застеленных соломой и накрытых серым полотном, и столом и лавкой у задней стены. Изнутри закрывалась на толстый засов."

"– Ее обычно снимают купцы для ценного товара и доверенных людей, – объяснил дрегович.

– И сколько стоят такие хоромы? – поинтересовался я.

– Три фоллиса в день, – ответил он.

Я дал ему силикву за четыре дня, а он мне – большой железный ключ от замка, сняв его с кожаного шнурка, на котором висело еще штук пять.