У груди что — то сверкнуло, воздух следом всколыхнулся неестественно вокруг него, и синий шар от тела начал разрастаться быстро! Не успел сантиметров двадцати серповидный клинок выгнутой стороной до шеи додавить, эта дрянь меня в желе синее окутала!

Маг вдруг задвигался быстрее, примерно наполовину естественной скорости, дёрнувшись в сторону и выставляя рукой блок. Вместе с этим и гул стал насыщеннее, отдавая слабостью в ногах.

Вкладываюсь, что есть мочи, прорезая неизвестную стихию. И замечаю уже в синеве пространства, что клинок мой плывет по воздуху, превратившись в растянутую плеть. Что за глюки⁇ Рука даже дрогнула в сомнениях, сбивая точность. Хрена се псионное воздействие!

Понимаю ведь, что всё дело в восприятии, клинок нормальный! Поэтому, используя собственное воображение, всё же довожу его до цели.

Маг успевает выставить руку, и раздаётся медленный, протяжный, насыщенный звон. Кисть простреливает импульс!

Что⁈ У генерала откуда — то вырос синий наруч, который даже на ускорении не перерубил мой «Синий мрак», что после удара снова приобрёл форму. И, тем не менее, мне удалось врага хотя бы мотнуть, отбросив руку, но не достать до шеи. Через мгновение маг задвигался уже с нормальной скоростью, а в уши наплыло иголками мерзкое:

— Страааааах!!!

В полуобмороке и сумасшествии, уже не разбирая цели, прыгаю наощупь и достаю — таки скотину! Валю на пол. Золотыми когтями нащупываю маску. И срываю её к хренам!! Всё схлынуло мгновенно. Мысль промелькнула, что облегчился сразу и по полной программе. Обошлось.

Уже на нормальном и спокойном полу подо мной лежит самая обычная, молодая девка, выдают лишь ошалевшие синие глазища, страшные до безумия. Потому что зрачки, как пятнадцати конечные звёздочки даже близко не походят на человеческие. И намного страшнее смотрятся, чем щёлки суккубов или фелисов.

Кожа белая и чистая, даже, млять губы накрашены.

Оторопел я на миг и получил злорадный оскал чистейших белых клыков.

А затем и скрежет от ножа в бочину, где золотая броня сработала.

Надо отдать должное, бьётся тварь до последнего. С этой мыслью прислоняю клинок выпуклой стороной поперёк шеи, схватив за лезвие рукой в перчатке.

— Вот не знаю убить тебя или сперва трахнуть, — озвучиваю мысли вслух, голоса своего не узнавая. Слишком писклявый. Или со слухом что — то.

Долбаный звон в уши наплыл, и теперь он фоном.

— Трахнуть, — прошелестело мерзко из очаровательного рта с надеждой.

— Аденоиды что ли? Э нет подруга, таким голоском начнёшь стонать, член мой тут же и отвалится, — с этими словами надавил на клинок, топя его в нежной шейке, откуда сразу хлынула чёрная кровь.

— Я признаю твою силу, стой…

Заблеяла, следом забулькала.