Ее брови виновато сдвинулись к переносице, как если бы ее поймали на чем-то ужасном. Ее грудь часто вздымалась, розовые маленькие соски выглядели так соблазнительно, что у меня сводило челюсть от желания сомкнуть над ними свои губы.

О, да. Она думала обо мне каждый раз, когда касалась себя – думала обо мне, а не о моем брате.

С хищным прищуром я надвигался на нее, пока она не легла, а я не навис над ней. Моя рука опустилась на ее талию. Ее кожа была горячей, но ее тело подрагивало, словно от холода.

Я вжался бедрами между ее ног, позволяя почувствовать, каким твердым я становился рядом с ней.

Ее тонкие белые трусики промокли от моих все еще мокрых после озера боксеров. Я чувствовал ее – чувствовал жар сосредоточенный под ее бельем, чувствовал каждый сантиметр ее кожи.

Боже.

– Я собираюсь сделать тебе приятно, ладно?

Барбара нервно сглотнула и нерешительно кивнула.

Наши губы сошлись в невесомом, почти призрачном поцелуе. Она тихо выдохнула, когда я снова вжался между ее бедер, я поймал этот чертовски соблазнительный вздох и воспользовался тем, что она распахнула губы. Мой язык очертил ее нижнюю губу и мягко сплелся с ее языком.

– Вдруг нас заметят, – прошептала она, запрокидывая голову, когда я стал медленно спускаться поцелуями по ее шее к груди."

"– Не заметят. Это наше место и никто о нем не знает, – пробормотал я, проводя носом по коже в ложбинке между ее грудей, вдыхая сладкий аромат, свойственный только ей одной и сводящий меня с ума с самого детства. Моя грудь сжималась, словно ее сковали цепями, член болезненно умолял освободить его.

Подожди, приятель.

Сейчас я больше всего хотел получить удовольствие другого рода, например, увидеть ее лицо, когда она будет содрогаться от оргазма, ее руки будут сжимать мои плечи, а пухлые искусанные губы будут выстанывая мое имя.

– Скажи, я делал так в твоей фантазии? – Я медленно приблизился к ее груди и подул на твердый сосок. Барбара вздохнула, наблюдая за моими действиями с осторожностью в глазах. Каждый раз, касаясь ее кожи губами, я чувствовал тяжелый стук ее сердца, который взывал к моему сердцу. Я мечтал об этом так давно, столько раз кончал с ее именем на губах, сжимая свой член до боли, до ярких вспышек перед глазами, и вот она передо мной, почти полностью обнаженная.

Это стало реальностью. Моя Барби полностью в моих руках.

Не разрывая зрительного контакта между нами, я прикусил ее сосок, сразу же проводя по нему влажным языком. Барбара зажмурилась, откидывая голову назад. Ее кожа была мягкой словно бархат, и после моих поцелуев она покрывалась красными пятнами.

– Я сделаю тебе так хорошо, что пламя будет сжигать каждую клеточку твоего тела, – сказал я, прикусывая кожу чуть ниже ее пупка.