Интересно, отец выставит меня из дома, если я разобью Мейсону лицо?

– Просто оставь это, черт возьми! Она не любит тебя, хватит уже бегать за ней, как потерявшийся цыпленок!

– Чтобы за ней мог бегать ты? – Я усмехнулся, будто его слова были чрезвычайно глупы, но брат был прав во всем. – Не нужно делать вид, будто ты не понимаешь о чем я. Я знаю, что она привлекала тебя с самого детства. Иначе ты не устраивал бы драки с каждым, кто хоть немного обидел ее. Только если ты хочешь полностью избавить Барбару от врагов, то тебе придется избавить ее от себя самого, Джефри. Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься, ты поломанный маленький мальчик, – стальным голосом сказал он.

 – Она не такая как те с кем ты обычно имеешь дело. За всей этой ее бравадой скрывается очень светлая и добрая душа, и ты погубишь ее.

– Нет, ты ничего не знаешь, – огрызнулся я. Мой спокойствие, которое и так давалось мне с трудом трещало по швам.

– Барбара не для тебя, даже не пытайся завоевать ее внимание.

Я замер, услышав его слова. Так Мейсон думает, что я только добиваюсь ее? Он и понятия не имеет, что ее внимание уже мое. Она уже моя.

Эта мысль грела меня изнутри. Поэтому я не смог сдержаться и самодовольно усмехнулся.

Мейсон сузил глаза, а в следующее мгновение мне в лицо прилетел его кулак."

"Я не ожидал этого, отшатнулся, ошарашенно глядя на младшего брата. Его грудь вздымалась от частого дыхания. Я коснулся своего подбородка, который запульсировал от боли.

– Ответишь? – шагая ко мне ближе, спросил он.

Ответил бы, да вот только опасаюсь не справиться с эмоциями и отправить младшего брата на больничную койку.

– Я не собираюсь с тобой драться, Мейсон, – бросил я и, не дожидаясь его ответа, ушел.

Глава 36

Барбара

– Это было единственное модное событие в этот день, – сказал Джефри. Его рука крепко сжимала мою руку, пока мы гуляли в центральном парке Орема. Сегодня здесь было многолюдно, солнце нагревало мою светлую макушку, а настроение, кажется, начало повышаться. Конечно, я все еще злилась на отца за его забывчивость и убийство журавлей, но Джефри Фостер смог исправить этот день.

– Я в предвкушении, надеюсь, шоу будет интересным, – отозвалась я.

Сюрпризом Джефри являлся модный показ, к месту проведения которого мы и направлялись.

Я взглянула краем глаза на его шею и заметила цепочку с подвеской в виде лошади, ту самую, что подарила ему в день похорон моей мамы. Он не выбросил ее, и сегодня, когда Джефри показал мне эту маленькую вещицу, я в конец расклеилась. Он берег ее все эти годы, потому что она была важна для него.

Я была важна.

Большекрылые черные бабочки снова запорхали в моем животе и устремились прямо к сердцу. Я чувствовала внутри такую радость, что она начисто перекрывала все плохое в моей жизни.