— Ника Флавилла! Ее зовут так же, как тебя! — Лайонел улыбнулся во весь рот, как будто только что сообщил мне нечто невероятное и я должна быть польщена оказанным доверием. Кровь отхлынула у меня от лица. Все, что я видела, это распростертые крылья и пронзенные брюшки. Но Лайонел неправильно истолковал мое молчание.

— С ума сойти, скажи? Отец любит собирать всякое-разное, но этой коллекцией он особенно гордится. Сам засушил, представляешь, своими руками, когда был… Ой, Ника, ты чего побледнела?

Я схватилась за край стола и сжала губы. Кажется, меня в любую секунду могло стошнить фруктовым льдом на мраморный пол.

— Тебе плохо? Что с тобой? — встревоженно спросил Лайонел, и я снова сглотнула, чувствуя бурление в животе.

— Подожди здесь, ладно? Я сбегаю за водой. Сейчас вернусь!

Он вышел из кабинета, а я, чтобы успокоиться, стала глубоко дышать. Удивление сыграло со мной злую шутку. Я знаю, что чувствительна к некоторым вещам, но такой реакции от себя я не ожидала. Лайонел вернулся с бутылкой воды, но тут понял, что забыл принести стакан.

— Подожди! — сказал он и снова вышел.

Я закрыла глаза, задержав выдох.

Комната перестала вращаться. Лайонел вернулся со стаканом, и я его поблагодарила.

Тебе лучше? — спросил он, когда я залпом выпила стакан холодной воды. Пришлось кивнуть, чтобы он не волновался.

— Голова закружилась, но теперь я в порядке.

— Это на тебя так мой сюрприз подействовал, — весело улыбнулся он. — Не ожидала такое увидеть, да?

Я натянуто улыбнулась и, чтобы сменить тему, спросила, кем работает его отец. Нотариусом, ответил Лайонел, и мы немного поболтали о его родителях.

— Уже поздно, — сказала я в какой-то момент, посмотрев в окно.

Я вспомнила, что мне еще нужно сделать кучу уроков. Мы вышли из кабинета, и Лайонел настоял на том, чтобы проводить меня домой.

— Если вдруг тебе нужно в ванную, то она там!

Идя по коридору, я заметила приоткрытую дверь и невольно замедлила шаг. Лайонел проследил за моим взглядом и улыбнулся.

— Моя мама хранит здесь свои вещи, — объяснил он и толкнул дверь, открывая полностью. Перед моими глазами возникли длинные палочки, оплетенные блестящими лентами.

— Мама — тренер по художественной гимнастике, — услышала я слова Лайонела, когда вошла в комнату, восторженно оглядываясь вокруг.

Большое зеркало занимало всю стену, рядом в коробке лежали кегли, но очень тонкие.

— Это булавы, — просветил меня Лайонел. — В молодости мама выиграла много медалей… Она была хорошей гимнасткой, теперь тренирует других.

Восхищенно я рассматривала фотографии на стенах: сколько в них красок и изящества! Мама Лайонела похожа на разноцветного лебедя, она излучала мягкое, чарующее обаяние. — Как это здорово! — сказала я и повернулась к Лайонелу.