— Аккуратная штучка.

Задумана, между прочим, как оружие ближнего боя, — единственный человек на месте происшествия — эксперт смотрел на события, связанные с гибелью адвоката чуть отстранение, занятый в первую очередь технической стороной дела.

— Отпечатки пальцев есть? — спросил Бахметьев.

— В том-то и дело, что нет.

— Может, между ладонью и металлом что-то находилось?

— Конечно, — эксперт как-то поспешно согласился. — Я смотрел накоротке.

При таком освещении… Понимаете сами.

— Темновато для осмотра, — согласился Бахметьев. — А что гильза?

— Надо проверить задний срез патронника.

По-моему, приличный след.

— Гильза валялась у двери, — сказал Денисов.

— Нет, стрелял он из этого пистолета, — снова вступил в разговор начальник отделения розыска. — Это неоспоримо. — Казалось, он возражал Денисову, хотя тот ничего еще не сформулировал, только готовил.

— Пуля не обнаружена? — продолжал интересоваться Бахметьев.

Сапронов покачал головой:

— Выходного пулевого отверстия нет.

— Что покажет вскрытие…

Бахметьев надел очки, быстро просмотрел содержание последних записок Шерпа, скопированных Денисовым.

Выхваченные без связи с делом Белогорловой, они выглядели путаными, отрывочными, не говорившими о главном.

— «Не знаю, как привести все в соответствие — дату, день недели, часы и минуты. Да и нужно ли? Как я мог допустить такую оплошность? Как жить теперь?» — Бахметьев вернул блокнот Денисову, снял очки. — Такое впечатление, что у него совсем опустились руки.

Сапронов поддержал:

— Когда соседка увидела Шерпа следившим за Белогорловой и ее знакомым, она его едва узнала. Говорит, на нем лица не было!

Бахметьев ничего не знал о показаниях соседки из третьего подъезда:

— Когда она их видела?

— С неделю назад.

— В какое время?

— В девятнадцать с минутами. — Начальник отделения розыска понял, почему Бахметьев задал вопрос, сразу уточнил. — Белогорлова могла успеть сюда после работы.

— Она запомнила второго мужчину?

— Нет. Я только недавно с ней разговаривал: не помнит.

— А возраст, одежду?

— Только приблизительно. Она видела его со спины. Пальто, шапка. Ростом выше библиотекарши.

— Не Старков?

— Муж Белогорловой? — переспросил Сапронов. — Вряд ли. Шерп не реагировал бы так болезненно.

И так решительно.

Бахметьев почувствовал его убежденность.

— Вы мыслите, что адвокат причастен к случившемуся в Коломенском?

Начальник отделения розыска кивнул на маленький блестящий «Фроммер», который эксперт-криминалист в это время как раз упаковывал:

— Сначала, предположим, из этого пистолета он стрелял в Белогорлову, а когда узнал, что библиотекарша жива, убил себя. — Сапронов помолчал: — Знаю, вы можете возразить: у Шерпа алиби, во время разыгравшейся трагедии он был в аэропорту.