Тучный, лысеющий, с толстыми губами. Много ел и был весьма похотлив. Истинную так и не нашел, но вполне обходился ведьмой... Что я еще про него не знаю, подскажи? Что было после смерти Долона?

Руни подошел к столу, поднял кусок холодного мяса и закинул его в рот.

— При вашей женщине говорить, фер?

— Она часть меня, медведь. Так что да.

Перевертыш все же бросил короткий взгляд в мою сторону, но быстро отвернулся.

— Он потерял обеих дочерей. Старшая была подарена Долону, младшая ушла вслед за каким-то драконом. Поговаривали, что он ее вернул после, но ничего толком неизвестно.

— Сыновья? — Руни доел мясо и теперь смотрел в окно. — Наследники есть?

— Никто не знает. Здесь таковых точно не видели. Да и сами росомахи редко выходят из леса к границам. Их селения там. Тропки к ним найти несложно, но дикие они. Сторонятся все их.

— Все интереснее и интереснее, — вздохнув, мой волк медленно кивнул. — А ханыма Руньярда здесь ждут?

Медведь встрепенулся и даже неосознанно сделал шаг вперед, придвигаясь к Руни.

— Ещё как ждут, фер! Территория, считайте, ничья. Перебиваемся чем придётся. И самим бы уходить, но здесь жили мои предки, я из бурых.

Нас не так уж и много осталось — война покосила знатно. Феры и того уже давно нет. Мы не желаем терять ещё и дома, которые строили наши прадеды. Здесь развеян их прах. Севернее ещё несколько родов медведей. Мы ждём, фер! Ждём. Если придёт войско ханыма, примкнём к нему, чтобы вытравить росомах. Только думаю, и среди них есть те, кто пойдёт вслед за молодым правителем. Чёрный волк силён! Говорят, он один может небольшое войско положить. А мы всегда поклонялись силе!

Руни хохотнул. Его глаза вдруг вспыхнули кроваво-красным пламенем.

— Будет вам сила! — от его голоса у меня холодок по спине пробежался. — Это я тебе обещаю.

Медведь пошатнулся и вдруг, как подкошенный упал перед ним на колени и ударился лбом об пол.

— Встал и пошёл на кухню собирать нам корзину, — Руни усмехнулся и повернулся в мою сторону. — Девочку мою пугаешь. Она же не понимает, что и простой наёмник может обладать властью.

— Да... — пролепетал медведь и, вскочив на ноги, не поворачиваясь к нему спиной, вышел из комнаты.

Да что там, его буквально вынесло из неё.

Руни же, проводив его взглядом, взял со стула рубашку и натянул ее через голову.

Он вообще вел себя так словно ему всю жизнь в ножки кланялись.

Откинув одеяло, я возмущённо взглянула на своего волка.

— Ты его напугал!

— А он бросал взгляды в сторону кровати, — Руни сложил руки на груди. — Я что, терпеть должен был?

— Так не запускал бы его?

— И выспрашивал о местном правителе в коридоре, чтобы все слышали? — он приподнял бровь, а после выдохнул. — Но раз уж ты выспалась, моя нежная орина, тогда иди сюда и поцелуй меня.

— А сам? — я нахмурилась.