Достанет ли у него ума понять, что места герцогини мне мало? Что я хочу семью с равным мне мужчиной, а не с избалованным юнцом?

И что я буду делать, если он начнет настаивать на своих… правах? Помереть от секса я, конечно, не помру. Но и относится после этого к нему с доверием не смогу. Господи, да что же все так сложно-то?!».

Впрочем, эти мысли, как и многие другие, она тщательно скрывала. Радовалась тому, что он ей не противен, и надеялась, что это знакомство выльется во что-то большее, чем просто договорной брак. Если у него хватит ума не спешить.

Первые два дня собственного мужа, о котором столько думала, герцогиня почти не видела, а вот к вечеру третьего он постучал в ее каюту.

-- Присаживайтесь, Максимилиан, – Анна любезно указала ему на один из стульев, но тот, мрачновато глянув на мадам Берк, попросил:

-- Анна, нам нужно поговорить… Наедине поговорить.

Женщины переглянулись, и герцогиня, слегка пожав плечами, ответила:

-- Как скажете. Мадам Берк, ступайте, пожалуйста, к себе. И спокойной вам ночи.

-- Благослови вас Господь, ваша светлость, – фрейлина поклонилась, и захватив с собой Бертину, ушла.

Некоторое время Анна молчала, но герцог не начинал беседу, мрачно рассматривая скатерть на столе. Наконец она потеряла терпение:

-- Максимилиан… Что вы хотели мне сообщить? Что-то случилось?

Муж резко поднял голову и, внимательно приглядываясь к ней, ответил:

-- Анна, я прошу у вас даже не доверия, а понимания. Ситуация слишком… слишком сложная.

-- Я слушаю вас.

-- Ваш дядя, герцог Фернандес де Веласко, стал послом при дворе его королевского величества Алессандра дель Канетто.

Анна замерла, размышляя: «Боже мой! Я так счастлива, что вырвалась оттуда. И вдруг такое вот напоминание. Слава богу, что мне нет нужды встречаться с ним! Но… Чем именно расстроен Максимилиан?»

-- Что вас смущает?

Герцог машинально встал, собираясь пройти по комнате, но почти тут же уселся вновь: слишком малы были эти апартаменты. Тема была щепетильная и неловкая. Он не знал, как к ней подступиться, но отвечать было необходимо:

-- Я понимаю, что вы рады будете встрече с вашими родственниками, Анна, но… У меня есть огромная просьба.

-- Слушаю."

"-- Я прошу вас сохранить в тайне тот момент, – он отвернулся, делая вид, что смотрит в иллюминатор, – что наш брак не консумирован.

Смех жены так удивил его, что он даже не сразу сообразил, что спросить.

-- Что… Почему вы… Анна, что смешного я сказал?!

-- Максимилиан, если вы думаете, что я горю желанием повидать свою родню, то вы ошибаетесь. Я приложу все усилия, чтобы больше никогда в жизни не сталкиваться с ними.

-- Но… Но почему, Анна?! Они ведь ваша семья? Они любят вас и заботились о вас. Я не понимаю… -- его действительно поразила эта странная и неуместная вспышка веселья.