Пожалуй, новая жизнь привнесла в ее характер нотки авантюризма.

План сложился мгновенно и был так хорош с ее точки зрения, как будто она обдумывала его не один месяц. Оставалось самое сложное – уговорить мужа.

-- Максимилиан, прошу вас, выслушайте меня, – кротко и ласково попросила она герцога.

-- Это ничего не изменит, Анна. То, что вы предлагаете – просто безумие!

-- Тогда вы ничего не потеряете, если послушаете. Правда? Так вот…

В изложении Анны план и правда звучал… интересно. Нет, Максимилиан понимал, что в целом это безумие и недопустимо! Уж если ей так хочется, она вполне может поехать как герцогиня Ангуленская.

Можно приставить ее фрейлиной к будущей королеве на время пути и это, возможно, сыграет свою роль в будущем. Такие связи могут оказаться весьма и весьма полезными. В жизни бывает всякое, и благосклонность королевы Франкии -- не то, чем стоит пренебречь.

Но везти жену с фрейлиной тайком, представив их всем как тетушку и младшую сестру капитана охраны – как можно?!

-- Поймите, Максимилиан! Капитан вполне может приставить к своей уважаемой тетушке, которая заменила ему мать, надежную охрану. Да и сами посудите, кого будет интересовать какая-то там сестра какого-то там капитана? Скромная тихая дворяночка, которой в радость побродить по местным рынкам и полюбоваться на диковинки.

-- Анна, это опасно!

-- Значит, можно приставить трех солдат! Но чем их больше, тем больше привлечем внимание. Не отвлекайте меня мелочами, а слушайте дальше…

Пауза, герцог отрицательно качает головой, но Анна просто чувствует: еще немного, еще один довод, и все может сложиться!

-- Анна, это не-воз-мож-но! Вы понимаете, что такое посольская свита? На каждого, кто поедет, будут поданы документы, заверенные нашими послами или даже самим королем! Сейчас король болен, я и не подумаю соваться к нему с таким предложением.

-- А кто будет подписывать все, раз его величество болен?

-- Разумеется, Луи-Филипп как наследник престола. Отец подпишет само письмо королю и мои верительные грамоты для этальянского двора, а все остальное…

-- А давайте, ваша светлость, спросим самого дофина?

Обращение «ваша светлость» покоробило Максимилиана. Анна явно давала понять, что недовольна им.

«И тем не менее, это слишком рискованная авантюра. Хотя в ее изложении звучит весьма заманчиво. Я только не понимаю, зачем ей такое приключение? Или…».

Герцог стал вспоминать, как сам затосковал во дворце и даже ухитрился разозлить отца, ввязавшись в авантюру с заговорщиками. Тогда, помнится, король гневался на обоих сыновей: на старшего, что позволил такое, на младшего, что полез. «Да если бы не случались периодически разные заговоры, я, пожалуй, жил бы несколько скучновато.