– Когда ты стал таким, пап?

– А что ты думала, вся эта роскошь дается нам просто так? Думала, что в органах можно столько заработать? Я делал все для вас с матерью. Чтобы вы не нуждались ни в чем! Упахивался на работе, влезал в мутные схемы ради вашего благополучия! А ты и Инга оказались просто неблагодарными стервами!

– Мы этого не просили… – лепечу я.

– Сидеть! – отец орет на, вставшую с дивана любовницу. – Не просили, Алевтина? Не просили? «Папочка, а дай денег на новые сапожки от «Гуччи», посмотри, какие они красивые. Папочка, а завтра выходит новый айфон. Папочка, я тут увидела такое классное кольцо с бриллиантами. Попочка, ну, пожалуйста…».

Отец искажает голос, чтобы изобразить меня. Я вспоминаю, что все это и вправду было. Только вот денег я просила лишь потому, что они были. Я привыкла к дорогим вещам. Мне казалось, что это естественно, что так и должно быть. Меня к такому приучили. Разве в этом есть моя вина?

Не нахожусь, что ответить. Мой мир будто исчез навсегда. Растворился в воздухе, оставив после себя какое-то жалкое подобие жизни.

– Все, что от тебя требовалось в благодарность – выйти замуж за Юлдашева. А что сделала ты? Сбежала, и натворила таких дел, от которых теперь у меня могут быть большие проблемы.

– По-твоему, пап, это так просто? Выйти замуж?

– Ты задавала себе этот вопрос, когда выскакивала за Логинова? Смотрю, это для тебя было не труднее, чем в туалет сходить!

– Это вы с мамой вынудили меня так поступить, понятно? Вы не оставили мне выбора.

– Знаешь, Аля, сейчас мне удается скрывать от Тимура сведения о тебе, но только скоро все вскроется, и вот тогда начнется настоящий пиздец!"

"– Он уже начался, – спокойно отвечаю я. У меня кончились силы. Больше не могу разговаривать в надрыв. – Ты отрекся от меня, растоптал, проводишь время с какой-то подстилкой, а мама… Кстати, – меня вдруг осеняет, – где мама? Мам? – кричу на всякий случай, но это глупо. Она бы уже услышала, что я здесь, если бы была дома.

– Ну, давай, Саш, расскажи ей, где твоя жена, – Вера издает неприятный смешок. – Добей дочурку.

Девушка смотрит на меня так, будто я лично ей чем-то насолила. Не знаю, может, она просто ревнует, ведь, как я поняла, Вера была готова на все, лишь бы мой папа на ней женился.

– Алевтина! Марш в свою комнату! – отец возвращается к тому, с чего мы начали, только вот я не собираюсь его слушать.

– Она в больнице, Аля. С сердечком плохо стало после всего, что случилось.

– Заткнись, дура! – рычит папа на свою любовницу.

– Это… Это правда? – я думала, что хуже уже просто не может быть, но ошиблась. Может. Еще как может.

Делаю несколько шагов назад. Понимаю, что больше не смогу здесь находиться.

– А, ну, иди сюда! – гаркает отец и пытается поймать меня.

Не хочу больше видеть этого человека.

Срываюсь на бег.