– Не бойся, маленькая, я тебя никому не отдам.

Больница.

Тыльнер вошел в больничную палату, где лежал задержанный.

Человек с головой-коконом сидел на постели.

– Здравствуйте. – Тыльнер присел на стул, – а я Вам молока раздобыл, жевать-то Вы еще не можете. Фамилия моя Тыльнер, я инспектор Московского уголовного розыска.

Задержанный по военному наклонил голову.

– По документам Вы Андреев Сергей Федорович, служащий Наркомпроса. Мы проверили, документы Ваши липа. Запираться смысла нет. Говорить Вы пока не можете, но написать свое имя в Ваших силах.

Тыльнер протянул ему тетрадь и карандаш.

– Вы же, судя по тому, как наклоняете голову здороваясь, военный, видимо, бывший юнкер.

Задержанный отрицательно покачал головой.

Взял карандаш и написал «Пажский корпус».

– Вот это да. Самое привилегированное военное училище, Вы из семьи дворцовой знати?

Задержанный отрицательно кивнул головой.

– Значит из военных, сын генерала?

Раненый кивнул.

– Напиши Ваше настоящее имя и фамилию.

Леонидов и Шарапов.

В мясной лавке Шарапова у прилавка трое покупателей внимательно разглядывали разложенное мясо.

– Хозяин у себя? – спросил Леонидов.

– Сейчас позову-с, – приказчик поклонился.

Появился сам бывший унтер.

– Олег Алексеевич, гость долгожданный!

– Здравствуй, Михал Михайлович.

Шарапов вытер руки о фартук, обнял Леонидова.

– А невеста где же? Грозился с ней зайти?

– В театре занята.

– Ну, Бог с ней, другим разом познакомимся, а сейчас пошли, закусим, покалякаем малость, да человек один зайдет, для твоего дела, Алексеевич, интересный.

Расположились в соседней комнате.

На столе стояли две бутылки Казенной водки, здоровенная сковорода жареной свинины и картошки.

Выпили по первой, закусили.

В дверь постучали.

– Заходи, Орест Петрович.

В комнате появился немолодой человек в поношенном пальто с шалевым воротником, мех на котором заметно вытерся.

Он снял шапку-пирожок, поклонился.

– Честной компании приятного аппетита. Здравствуйте, Михал Михайлович, мое почтение, Олег Алексеевич.

– Вы меня знаете? – удивился Леонидов.

– А Вы меня не признали, видать, сильно сдал я.

Леонидов встал из-за стола:

– Господин титулярный советник Андрианов, чиновник для поручений Московской сыскной полиции.

– Признали все же, – Андрианов крепко пожал руку Леонидову, – бывший чиновник, бывший титулярный, а ныне конторщик жилтоварищества.

– Погодите, Орест Петрович, Вы же были одним из лучших криминалистов, на конгрессе в Женеве Вас серебряной медалью отметили.

– И это было.

– Неужели не пригодились новой власти?

– Почему же, – Андрианов налил себе рюмашку, положил на тарелку свинину.

– Меня в уголовке сыщиком оставили. Поработал немного.