Страх сковывает тело, к горлу подкатывает тошнота, застревая в горле липким противным комом.

Но паника достигает своего апогея, когда я упираюсь лопатками в стену.

Все.

Отступать больше некуда.

Я загнана в ловушку.

– Раздевайся, Эмма. Я слишком долго ждал. И для начала возьму тебя прямо возле этой стены.

В глазах темнеет от страха, я учащенно и тяжело дышу, чтобы меня не стошнило прямо на пол. Неужели меня никто не спасет?!

Арслан чувствует мое состояние, ворочается в руках и разражается громким, надрывным плачем. Слава как раз подходит слишком близко, настолько, что в ноздри забивается аромат его терпкого парфюма.

Мерзавец касается моих рук, что с силой прижимают ребенка к себе, а меня как будто током ударяет. Пронзаю Славу ненавидящим взглядом и пытаюсь отодвинуть его, чтобы вырваться из его душного присутствия. Но куда мне, хрупкой девушке, против взрослого, здорового безумного мужика?!"

"– Отдай мне ребенка, – издевательски тянет Слава, пытаясь разжать мой захват, а я трясу головой, заливая крошечного Арслана слезами. Сын уже покраснел от плача, захлебывается криком, а я ничего не могу сделать, не могу его никак защитить!

– Слава, пожалуйста…Не надо.

– Его судьба давно уже решена, Эмма, – и снова эта улыбка безумца. – Просто отдай мне ребенка, и я обещаю, что все пройдет быстро.

– Нет, нет, нет!!!

Слава больно хватает меня за скулы, вдавливая пальцы в кожу, а я предпринимаю отчаянную попытку сбежать: кусаю его за ладонь до крови и пинаю в колено.

Псих орет нечеловеческим голосом, немного отступает назад, но тут же берет себя в руки и отвешивает мне оглушительную пощечину.

Я отшатываюсь, вскрикивая, но мне удается устоять на ногах, прижимая плачущего младенца к груди.

– Не бойся, сынок. Я постараюсь нас защитить. Все будет хорошо, – бормочу я, покрывая щеки сына солеными поцелуями. Что бы ни случилось, но ребенка этот урод сможет забрать только, когда мое сердце перестанет биться!

– Хорошо, тварь, любишь, когда жестко? Сейчас я…

Но Слава не успевает озвучить очередную свою больную фантазию, потому что слышу, как входная дверь с грохотом распахивается, и в следующую секунду в гостиной появляются Давид и Тимур.

Эмма

Облегчение разливается по венам, я неприкрыто плачу, сползая по стене и не переставая целую Арслана, который успокаивается и расслабляется у меня на груди, изредка всхлипывая.

Даже сквозь пелену слез вижу, что Кадыров в ярости, сжимает кулаки, скрипит зубами. Сдерживается из последних сил, но не спешит с расправой. А то, что Тимур в курсе, кто такой Слава, можно понять по ауре опасности и агрессии, что исходит от него. Сегодня прольется кровь. Потому что Тимур явно не намерен спускать преступления Мстислава на тормозах.