Алексей Дмитриевич, понимаю, как это звучит, и готов повторить на артефакте правды.

— Ни к чему. Продолжайте.

— Я говорил Екатерине, что у меня уже есть семья, но её это не интересовало. Почему-то она решила, что хочет быть со мной и всё тут. А из уважения к княжеской семье я не мог ей резко ответить. И вот вчера она позвонила и спросила, когда я разведусь со своей женой. Конечно, я был в полном шоке и сдуру ляпнул, что скоро, — рассказ вышел довольно эмоциональный, Смирнов мне не врал.

— То есть вы даже не целовались?

— Нет. Пару раз Екатерина присоединилась ко мне за ужином и бросала однозначные намёки, но я делал вид, что этого не замечал.

— Ясно. Если всё так, как вы говорите, то больше она вам не позвонит, — ответил я и вошёл в комнату Кати.

Она подняла на меня взгляд, не ожидала, что кто-то сунется сюда без стука. А я убрал телефон в карман и начал:

— Катя, когда я говорил, что ты можешь выбрать любого мужа, это значило, что и он должен быть на это согласен!

— Что? — она захлопала глазами.

— Зачем ты преследуешь полковника Смирнова, названиваешь ему и просишь развестись со своей женой?

Катя отвела взгляд к окну, а на её щеке появился яркий румянец.

Наконец, поняла, какую глупость совершила.

— Но… он мне правда понравился, — смущённо сказала она.

— Симпатия должна быть взаимной, раз уж ты решила выходить замуж по любви, а не по расчёту. Понимаешь меня? — строго спросил я.

— Да, — тихо ответила она.

— Извинись перед полковником Смирновым и больше ему не докучай. Вокруг полно мужчин, на нём свет клином не сошёлся.

— Хорошо, — ответила она, едва не плача.

Так, кажется, я здесь бессилен…

Вернувшись в спальню, объяснил ситуацию Диане.

Сперва она разозлилась на сестру, потом обозвала её дурой, успокоилась и пошла разговаривать. Уверен, у неё гораздо лучше получится объяснить, что навязчивые женщины отталкивают мужчин.

Через час супруга вернулась и заверила меня, что вопрос улажен. А к вечеру во дворе открылся красный портал, откуда вышли обессиленные маги воздуха и Гарн, держащийся за плечо. Это что, там стрела торчит?

Я тут же приказал всем лекарям спускаться для оказания помощи, а сам направился следом.

— Как всё прошло? — спросил я у Маши, которая единственная ровно держалась на ногах.

— Хорошо, у нас получилось, — ответила она, смотря в сторону, будто боялась столкнуться со мной взглядом.

— Маша, не юли. Что ты скрываешь? — настоял я.

Тем временем один из лекарей уговаривал Гарна пройти с ним в кабинет, чтобы вытащить стрелу. Но тот плохо понимал, что от него хотят. И пока Маша решалась ответить, отдал ему приказ:

— Гарн, слушай лекаря. Он тебе плохого не сделает.

— Хорошо, — устало ответил краснокожий.