Очень грустный худой мужчина, взирающий на мир с усталостью. Он бродил мимо княжеского дворца, с тоской заглядывая в далекие окна, но князь Лоркан не привык менять гнев на милость.

Любовь… Кому как не свахе знать, какими тяжелыми бывают сердечные муки, особенно, если они не взаимны. Я прекрасно видела эту связь – призрачную цепь с серебряными, которая тянулась из груди мужчины ко дворцу. Видимая только для меня, она петляла между статуями Драконов в саду и терялась в галереях. Но видела я эту нить только если прилагала определенные усилия.

А история про гвардейца, сбежавшего на свидание из караула? Теперь бедняга следовал за Девятым Драконом след в след, не имея ни выходных, ни увольнительных.

Да, порой Лоркан перегибал палку, но все, без исключения, жители Аралиона души в князе не чаяли, а подобные выходки списывали на возраст.

Мы никогда не встречались лицом к лицу, я лишь наблюдала князя издалека на приемах, на которые меня без причины звали все чаще и чаще. В белом мундире, с перекинутой через грудь темной косой, Лоркан был чудо как хорош. Если не знать, конечно, что он своевольное чудовище во плоти.

– Задали же вы задачку, – внезапно сказал Снорре, отрываясь от окошка, словно там не было более ничего интересного. Как по мне, в Снорре было куда больше любопытного: северяне – редкость в Аралионе, а вокруг Снорре была еще и аура тайны, которая не давала покоя всем свободным девушкам Геммина и предместий. И некоторым замужним, к слову сказать.

– Задачку? – уточнила я, стискивая руки в кулаки и улыбаясь.

Снорре хитро улыбнулся, зарываясь пальцами в светлые кудри, как будто задумавшись. По сравнению с его кожей, очень белой, почти фарфоровой, моя была – цвета меди. Я ужасно ему завидовала: Снорре ходил под жгучими лучами без всякого опасения обгореть. Такая светлая кожа должна была покрываться волдырями как по щелчку пальцев, но нет, капитан без страха подставлял лицо солнечному свету.

– Задачка: почему ваша контора так популярна? “Влюбленный дракон”, кажется?

– ”Счастливый дракон”, – раздраженно поправила я. Экипаж трясло на каждой кочке, а Снорре лез на рожон, не в силах сдержать желание пообщаться. Или разозлить меня.

– Счастливый, влюбленный, какая разница! – капитан взмахнул рукой, широко ухмыляясь. – Высокопоставленные персоны только рады отдать вам денежки. Расскажите, каково это – зарабатывать, продавая воздух?

С такой откровенной издевкой я сталкивалась впервые, и потому, на мгновение онемела. Он считал, что я наживаюсь на своих клиентах?"

"За словом в карман лезть мне не приходилось, но с такой откровенной издевкой я сталкивалась впервые. Он считал, что я наживаюсь на своих клиентах? Допустив, он тоже не испытывал ко мне теплых чувств.