Вместо этого стремительно вышел и, ускоряя шаг, повел жену к лестнице.

— Больше не смей так исчезать! — отчеканил, глядя прямо перед собой.

— Но…"

"— Не смей! — резко повторил мужчина, злясь не на Софью, а на себя и императорского выродка. С трудом совладал с эмоциями и уже сдержаннее продолжил: — Мы уезжаем.

— Но праздник ведь еще не закончился!

— Для нас закончился. Продолжим дома.

Почувствовал, как дрогнула ее рука в его руке, но не сбавил шага, уводя свою молодую супругу прочь из дворца.

Подальше от императорского стервятника.

Маша Семенова

Сложившаяся ситуация меня одновременно и радовала, и огорчала.

Радовало, что князь оказался мужчиной здравомыслящим, сумел себя сдержать и никому не навалял. Ну то есть Игорю не навалял. Мне-то, по сути, не за что… А вот огорчало другое — то, с какой прытью новоиспеченный супруг потащил меня из дворца домой.

— А как же свадебный торт?

И это ж я еще букет не бросала… Правда, букета у меня и не было, но, уверена, во дворце нашелся бы какой-нибудь веник. Метила бы прицельно в Анну, чтобы скорее замуж убралась.

— Закажу завтра торт специально для тебя из лучшей кондитерской Московии.

А может, я с завтрашнего дня на диету собиралась. Это он не берет во внимание?

Чуть ли не волоком Воронцов протащил меня по дворцу до парадного входа. Прислуга и редкие придворные, покинувшие тронный зал, чтобы проветриться, провожали нас расширившимися от удивления глазами, а потом принимались шептаться.

Все с вами ясно.

Не пройдет и часа, как все в Пламенном будут говорить, что молодым уж было невтерпеж, вот они и сбежали по-английски. Или скорее по-бритски.

И снова сплетни, слухи, обсуждение нашей с Софьей личной жизни.

— А проститься с батюшкой? — предприняла я еще одну попытку оттянуть столь знаменательное событие, как брачная консуммация. — Их величеств поблагодарить за торжество и…

Воронцов так на меня зыркнул, что окончание фразы пришлось затолкать в себя обратно.

Оказавшись за стенами Пламенного дворца, мы сразу окунулись в сумеречный, звездный вечер. Прохладный ветерок пробегал по оголенным плечам, трепал выбившиеся из прически пряди, но был не в силах справиться с румянцем, обдававшим щеки невидимым жаром.

Андрей кликнул слугу и приказал подать новобрачным карету.

— Да поживее!

Это его «поживее» заставило еще больше занервничать.

И это еще мягко сказано… Паника накрыла с головой! И ведь Чет ничем не поможет, не покажется рядом с князем, чтобы тот его не унюхал! Или как он там магию чувствует…

Мамочка, как спать-то с мужем не хочется!

Не прошло и пары минут, как экипаж подъехал к ступеням парадной лестницы, и Воронцов, не теряя времени, распахнул дверцу.

— Прошу! — протянул мне руку, предлагая помочь забраться.