— Собаку? Это хороший отличительный знак! И какой же породы?

— Если бы я знал! По-моему, это был пудель."

"— Со стрижкой «под льва»?

— Нет, он вообще был нестриженный, но все-таки это был пудель.

— Какого же он был цвета?

— Кажется, грязно-серого. Нет, он не был грязным, но…

— Я понял. Он был крупным, маленьким или средним?

— Откуда же знать? Думаю, что такого можно было взять на руки.

— Значит, это все же не карликовый пудель?

— Думаю, что нет.

— Значит, пудель средних размеров, серого цвета. Превосходно! Ты не мог бы рассказать еще что-нибудь об этих дамах?

— Молодая дама привязала пуделя к фонарному столбу и пошла помогать другой женщине.

Мне кажется, что…

— Что же ты хотел сказать?

— Это не имеет никакого отношения к делу, но мне показалось, что обе эти женщины… Как бы лучше выразиться…

— Подумай, это может оказаться важным.

— Да, во-первых, они явно не были знакомы друг с другом, судя по их поведению. Во-вторых… Нет, это может показаться глупым, но они в чем-то походили друг на друга.

— Внешне?

— Не то, чтобы внешне, но… они были такими забитыми. Такие всегда подчиняются чужой воле.

Рикард не нашел ничего примечательного в этом сравнении, но поблагодарил и сказал, что, возможно, это замечание окажется очень полезным. Добившись от матроса более точного описания их внешности, он спросил:

— И что же было потом?

— Потом они стояли на причале и смотрели, как он отплывает от берега на пароме. Потом они разошлись, и та, что была моложе, отвязала собаку. После этого я ушел в каюту, потому что замерз.

— А другая женщина, куда она пошла?

— Она осталась стоять у переправы, словно не зная, куда ей идти.

Это было последнее, что я видел.

Рикард вздохнул. Снова ему предстоит отправиться на остров Сау, чтобы поспрашивать, не живет ли она там.

Поблагодарив матроса за помощь, он с сожалением подумал о том, что первая дама, которая помогла незнакомцу забраться на паром, наверняка заражена сильнее других.

И ее местопребывание оставалось совершенно неизвестным. Если ее не окажется на острове, придется объявить розыск. И тогда вся округа узнает об опасности эпидемии.

4

Пастор Прунк установил в «Храме» радио. Он тайно слушал, что происходит в мире.

И если сообщали о каких-то бедствиях, он включал его на полную громкость, чтобы все, кто находился в убежище, поняли, что предсказания их пророка сбываются.

Землетрясение в районе Средиземного моря было ему просто на руку. И он произнес в связи с этим длинную обличительную речь о том, как туго приходится всем грешникам, находящимся за пределами их убежища.

— Господь надеется на нас, его верных слуг, которым предстоит унаследовать землю, а позднее и небо, — вещал он громоподобным голосом.