Первый из них, Марко, обладал особыми качествами, и его сын Имре унаследовал их от него. Тенгель Злой знает, что существует кто-то, обладающий страшной силой и способный противостоять ему, но он не может увидеть Имре. Он может увидеть его только здесь, на Липовой аллее, или в долине Людей Льда. Поэтому Имре редко бывает здесь, в точности так же это делал до него Марко.

— А маленький Натаниэль? Ваш… злобный предок боится его?

— Он вынужден его бояться. Как видишь, Криста и Абель не задержались здесь с мальчиком, стараясь как можно скорее увезти его в другой конец Осло.

Вздохнув, Винни удрученно произнесла:

— Мне следовало бы, конечно, считать все это вздором, но я слишком уважаю вас всех, чтобы относиться к этому так. И после того, что сказал мне Натаниэль, мне стало как-то не по себе.

— Да, он предупредил тебя, — кивнула Бенедикте. — Ведь я еще не сказала тебе все. Женщины, рождающие меченых, обычно умирают.

— Рикард намекал вчера на что-то в этом роде. Он сказал, что твоя мать умерла, родив тебя.

— Да. Тем не менее… Хотя я и не красавица, все же я не из самых худших меченых. Ведь среди меченых бывают настоящие монстры.

— Значит, слова Натаниэля, обращенные ко мне и Кристофферу, можно понимать так: если я выйду замуж за Рикарда, я рожу меченого, а Кристоффер спасет мне жизнь?

— Абсолютно верно. Мы все поняли это именно так. Рикард был очень огорчен. Он уже говорил со мной об этом. Он готов ради тебя остаться неженатым, хотя он по-настоящему любит тебя.

Винни была просто ошеломлена, она слишком много узнала за один раз.

— И тогда Натаниэль останется без поддержки?

— Да, помощи ему ждать будет не от кого.

— Но ведь Кристоффер спасет мою жизнь?

— Кесаревы сечения делают теперь чуть ли не каждый день. Но иметь в семье меченого ребенка — большая ответственность, и Рикард хорошо понимает это.

Винни никогда не отличалась особым мужеством. Но теперь она вдруг почувствовала себя готовой к борьбе. Расправив плечи, она сказала:

— Если Рикард согласен иметь такого ребенка, то я тоже согласна!

Бенедикте встала и обняла за плечи тоже вставшую из-за стола молодую женщину.

— Добро пожаловать в нашу семью, Винни! — сказала она. — Давай позовем Рикарда и скажем ему обо всем! И к тому же, кто знает, может быть, у тебя родится такой же ребенок, как Натаниэль! Такой же прекрасный и замечательный во всех отношениях!

— Возможно… — нервозно улыбнулась Винни.

Но она знала, что это не так. Она помнила скорбь в глазах Натаниэля.

«Ты будешь много плакать», — сказал он ей.

Значит ее ребенок не будет таким замечательным!

«Но у тебя будет и радость… И все закончится хорошо».

Как ей следовало все это понимать? У нее было еще время, чтобы подумать.