И тем более не знала, как вести себя дальше.

Если бы ноги ее слушались – обязательно пошла бы в душ.

Если бы язык не прилип к небу – отправила бы Бадоева к черту и попросила бы захлопнуть за собой дверь.

Если бы осталась хоть капелька сил – спихнула бы этого гада с кровати, чтобы не трогал больше ее несчастное тело.

Но все, что смогла, – закрыла глаза, чтобы не видеть, во что превратилась уютная квартирка. Натянула на себя одеяло. И вздохнула, когда медвежья лапа притянула в кокон из горячих мускулов.

– Хорошая девочка! – чудовище впервые за ночь расщедрилось на комплимент.

– Когда молчишь и слушаешься, вообще золото.

От такой похвалы Вероника мысленно выругалась и указала на дверь.

– Завтра воевать будешь. – Мерзавец читал ее словно раскрытую книгу. – Сейчас спи! Восстанавливай силы. Тебе они еще пригодятся.

Будто в подтверждение его слов, к копчику прижалось что-то тяжелое и бархатное. А широкий зевок за спиной теплым дыханием опалил шею. До мурашек. До томного, плавящего тело предвкушения.

Чтобы не дать повода для пятого акта, Веронике пришлось собрать в кучу все остатки воли и замереть.

Еще бы провалиться в спасительный сон. Но она минуту лежала на кровати, другую, третью. А сон не шел.

Вместо сновидений в голову лезли непрошеные мысли. О том, что в коллекции Даш, Валь и прочих прибыло. О том, что не такой представляла свою первую близость после двух лет с Пашей. О том, что не было ни лепестков роз, ни комплиментов, ни нежности.

Не было вообще ничего из того, что в прошлой жизни радовало ее больше всего. А вместо откровений и признаний досталась волосатая медвежья лапа на груди и шумное дыхание в затылок, как у супругов, проживших в браке лет двадцать.

Глава 9. Утро добрым не бывает

Руслан, конечно, знал, что с Пожарской будет непросто, но не ожидал, что настолько!

Ноги эта газель утром все же сдвинула. Более того – до его пробуждения она успела принять душ, одеться и даже сделала кофе.

После почти двадцати лет брака Бадоев и не представлял, что все это можно провернуть без шума. На магию было похоже. Две дымящиеся кружки, какие-то бутерброды на тарелке, полностью одетая женщина. И при этом его никто не тормошил, не требовал помощи и не завидовал крепкому сну.

Впору было сгрести в охапку роскошную богиню бутербродов и отблагодарить старым мужским способом.

Но на этапе реализации Руслан застопорился. Вспомнил о работе. О том, что за его антилопой идет настоящее сафари и охранять ее гораздо важнее, чем трахать. Напомнил себе про мудака, которого его люди два дня пытались разговорить в гараже, а потом он лично выбил очень невеселую информацию... планы сломать девчонку и заставить работать на конкурентов. Подумал о том, как вредно совмещать личное с рабочим...