– По всему выходит, туман неизвестности вот-вот будет развеян, ведь Люк, очевидно, был там, когда все случилось. Позволю себе дать небольшой совет: не надо слишком давить на него. Я познакомился с Люком, когда был ему по колено и хотел маленьких поблажек. Заставьте его сочувствовать – и он отдаст вам последнюю рубашку, но угрозами его не запугать. Кестер же… Вы знакомы с Кестером?

– Нет, никогда его не встречал.

– Ну, этот слеплен словно по заказу какой-нибудь птицы высокого полета, он вроде вас. Хоть веревки из него вейте, но сперва придется чуточку размягчить парой ударов кувалды… Каким образом, черт возьми, он оказался в обществе Люка?! Или Люк – в его? Как тебе такое, сестренка? Расколешь?

– Понятия не имею, Джеффри.

– Вот и я тоже… – Помолчав, он снова повернулся к представителю властей. – Вы рассказывали о веской причине что-то подозревать?

– Да, мистер Торп, рассказывал, – кивнул Дервин. – Во-первых, племянница Гранта, по-видимому, отчасти кривила душой, уверяя, что незнакома с вашим отцом. А во-вторых, она не поведала нам всей правды о своих действиях тем воскресным вечером в бунгало. Уверяю, что не упражняюсь в свойственном власти высокомерии. Я лишь излагаю факты. Ну, или, по крайней мере, версии, основанные на предположениях с весьма прочными основаниями. Принимая это во внимание и учитывая мою искреннюю убежденность в том, что любые прежние контакты Нэнси Грант с кем-либо из членов вашей семьи могут иметь отношение к убийству вашего отца, все детали таких контактов следует сообщить вла… э-э-э… тем, кто ведет следствие по этому делу. И я настоятельно прошу в подробностях рассказать мне…

– Насчет ее прежних контактов вот с этим членом семьи? С малюткой Джеффом?

– Да. Убедительно призываю…

– Я услышал. – Джеффри подался вперед. – Дело вот в чем. Вчера вы выслушали мою сестру. В глубине души… примем за данность, что у нас обоих есть душа… и она, и я, пожалуй, испытываем некую горечь, думая об отце. Вернее, испытывали. Он не был к нам излишне жесток, никакой романтики в этом роде. Он просто не исполнял своих обязанностей. Глядя на меня сейчас – искушен, умудрен, скуп на эмоции, на короткой ноге с метрдотелем в ресторане «Рустерман», – вы ни за что бы не подумали, будто я проливал когда-то слезы только потому, что отец Джонни Холкомба – видите, боже ты мой, я по сей день помню имя! – провел с ним в зоопарке целый день, тогда как мой собственный отец… он не то что в зоопарк меня не сводил, но даже не нашел времени выслушать, что же я там увидел, когда меня отвела туда помощница гувернантки, у которой зубы были как у грызунов, как у бобра например. Мисс Джандорф, как сейчас помню.

– Лефкорт, – поправила его Миранда.