Глаза темные, а голос низкий, бархатный, вибрирующий от злости:

- Ответ неверный! Я должен знать, кто звонит МОЕЙ секретарше.

И тут не выдержала, выложила ему в лицо все:

- Ваша девушка мне звонила. Марина. И знаете что, Олег Феликсович...

Только ничего больше Таня сказать не успела, потому что он опять целовал ее. Как тогда. И снова потек мед, мгновенно срывая все запреты и блоки. И Тане казалось, что он утаскивает ее куда-то за собой. Туда, откуда нет возврата.

И плевать, что там комиссия за стеной, что сюда могут войти в любой момент.

Наконец он оторвался и с трудом проговорил:"

"- Нет у меня никого, кроме тебя нет никого.

И снова стал целовать. Так нежно-нежно, как дурманом окутывал. Кошмар... Нельзя, бежать от него надо. Но глаза закрылись сами. Опять это забытье накатывать стало, вот-вот, и потечет все.

А он склонился к ее уху и прошептал:

- Скажи... Он ведь мой?

Мгновенно слетел весь дурман, глаза расширились. Тане аж дурно стало, что она с ним тут вытворяет. А пуще всего отрезвил страх.

- Я не понимаю о чем вы.

Он не успел ее перехватить. Резко вырвалась и убежала.

Первым побуждением было броситься за ней. Догнать и не выпускать.

Вырвалась, не сказала. Он ведь почти дожал ее, почти... Двойственность, двойной удар. Очень хотел ее и очень хотел верить, что ее ребенок от него. Это было как фетиш, нереальный приз. Хотел, чтобы она призналась сама, это было очень важно. Потому что маленький червячок сомнения все-таки оставался, надо было дожать, чтобы призналась сама.

Почти дожал. Но у него самого мозги снесло нахрен.

Мужчина глухо простонал, поправляя закаменевший член, и откинулся на стену. Приложился головой, раз, второй. Крепко. Не надо было спешить, надо было постепенно! Дать ей время, чтобы она перестала бояться. Но его разрывало от желания узнать правду. И просто желания.

Олег хрипло выдохнул, прикрывая глаза. Еще немного, и он взял бы ее здесь, прямо у стены. Во всяком случае, на большее его выдержки уже не хватало.

И вот было был бы цирк, если бы кто-то зашел? А? П*здец...

Чертов офис. Чертова комиссия. Чертово все!!!

Выматерился с досады. Зашипел, одергивая штанину, и пошел за стол. Сел, застыл в кресле, медленно поглаживая пальцами лоб. Них*** он не остыл, тело рвалось на волю, требовало продолжения, не уговаривалось оно доводами рассудка.

Подумал, надо дать ей немного успокоиться, а потом попросить кофе. И сразу повело снова. Улыбка наползла на губы от предвкушения. Танька, сладкая... Дожать.

- Вы позволите? - дверь отворилась, в кабинет вошел один из адвокатов его матери.

Приятные мысли, на которые он отвлекся, забыв на минуту, что у него тут, между прочим, идет война, были прерваны.

- Прошу, - проговорил Олег, подавляя раздражение.