— Что за бардак? И где все?

— Пойду спрошу у дежурного, — сказал Васильков.

— Давай. А я пока чайку горячего сооружу. Присаживайся, Аким. Вот здесь мы и работаем…

Васильков вернулся через минуту, запыхавшийся, бледный.

— Иван, наши в больнице на Соколиной Горе. Помчались туда на автобусе тридцать минут назад.

— Опять «плешивый»?

— Дежурный подробностей не знает. Сказал, что недавно звонил Бойко и просил подмогу.

— Поехали, пока машина здесь! — сорвался с места Старцев. — Аким, чай, сахар и сухари — на столе. Мы скоро!

* * *— Грошев, сопротивление бесполезно! Бросай оружие и выходи с поднятыми руками! Стрелять не будем! Даю на размышление одну минуту!

Чердак ответил тишиной. Потом хлопнул одиночный выстрел и снова раздался сдавленный женский крик.

Переглянувшись, Егоров и Бойко одновременно налегли на хлипкую дверь. Хрястнув верхней петлей, она плашмя грохнулась внутрь.

Не теряя ни секунды, муровцы ворвались в полутемный чердак с густым запахом пыли и плесени. Помещение освещалось редкими оконцами по обе стороны двускатной крыши. Напротив одного из них сидела Валентина Василькова со связанными руками и кляпом во рту. Рядом лежал человек в штатском с пистолетом в правой руке.

Держа его на прицеле, Василий и Олесь осторожно приблизились. Под подбородком у мужчины зияло пулевое отверстие, из развороченного затылка по опилкам растекалась кровь.

— Готов, — не нащупав на запястье пульса, констатировал Егоров: — Он?

— Тот самый, — развязывая женщину, ответил Бойко. — Вы не пострадали, Валентина?

Та не ответила на вопрос. Глядя в чердачную темноту, она кивнула:

— Там.

— Что там?

— Там «плешивый» с порезанной рукой.

Бойко присел за деревянной вертикальной балкой и негромко спросил:

— Вооружен?

— Видела в руке нож, — ответила женщина.

— Эй, «плешивый»! — крикнул Егоров. — Сам выйдешь или проводников с собаками позвать?

— Зачем же? Я сам, — послышался в дальнем углу шорох. Через некоторое время из темноты появилась тщедушная фигура мужичка с плешивой головой и забинтованной рукой. — Я ему говорил, не нужно этого делать! Я его предупреждал! — кивнул он в сторону мертвого охранника. — Вы же оформите мне явку с повинной? Я вам все расскажу. Как на духу…

Изящным угрем отвратительный тип проскользнул меж двух балок и с поднятыми руками предстал перед сыщиками.

— Какой слащавый голос. — Валентина принялась оправлять белый халат. — А четверть часа назад угрожал и матерился.

«Плешивый» только глупо улыбался и нервно облизывал губы. Бойко подтолкнул его к выходу:

— Пошел!

* * *Ровно через два часа у парадного подъезда Мытищинского городского исполкома остановились четыре легковых автомобиля.