Шарон возмущался тем, что он должен, оказывается, обеспечивать безопасность сильнейшему дракону в мире и его денее, обвинял тех в глупой чувствительности и непонимании юмора и творческих порывов (и вообще, Аранские гордиться должны, что денее их наследника целую оперу посвятили). Утверждал, что не может доверить порядок на своих территориях Аранским, потому что те не могут навести порядок даже у себя, и Старая столица, магазины, жители, улица — все пострадали из-за того, что Аранским вздумалось тут прогуляться, ведь до них здесь Культ ничего такого не устраивал.

И в этом не было бы ничего примечательного, если бы Элор не воспользовался этой перебранкой для кражи того припрятанного пера с буквой «Ф».

Послал за ним голема, да ещё хитро: тот песчаной дорожкой перетекал по мозаичному полу, стараясь слиться с узором. Этакая юркая ниточка. Виртуозное владение силой, восхитительное. Правда, я боялась, что голем под моей штаниной останется без контроля и выскользнет вместе с добычей, так что не шевелилась и готовилась поддержать его телекинезом.

Ниточка-голем исчезла под столом. Элор стоял с откровенно скучающим видом.

Такой ниточкой голем мог просочиться и в ящик, но как Элор собирался незаметно вытащить оттуда перо, я не понимала.

Зато понимала, что если это заметят — будет скандал, пропажу остальных перьев быстро обнаружат, и если сам Элор может и избежит обыска, то я в силу низкого положения — нет. Соучастие в краже перьев император мне точно не простит. И Фламиры на меня точно взъедятся, припомнят ещё своих убитых Элором вассалов…

Сердце от всех этих опасных для моего положения перспектив замирало, и за успешную кражу пера я стала переживать может даже больше самого Элора.

Глава 12

Шарон всё сыпал обвинениями в том, что Аранские свои сюзеренские обязанности не исполняют, вассалов не уберегли, беду на его земли принесли, ущерб причинили.

— Хватит! — неожиданно резко произнёс Элор и прошагал к столу. — Хватит этих нелепых обвинений!"

"Шарон Фламир смотрел то на его лицо, то на перья, то на лицо, то на свои перья. Инстинкт собственника требовал защитить имущество, ведь если Элор утащит перо, оно станет сокровищем, его уже будет не вернуть.

А для дракона позволить спереть своё у себя из-под носа — тот ещё позор. Тем более, у Элора коллекция открытая, он может и подписать, у кого вещичка взята.

Я старалась не смотреть под стол, чтобы не привлекать туда внимание. А Элор продолжал гневно требовать:

— Не надо делать вид, будто вы не знаете об оскорбительном содержании оперы! Вы это знаете, вы этому потворствуете, и если это продолжится — мы снесём ваши поганые оперы одну за одной!

— Это возмутительно! — побагровел Шарон Фламир.