Я наполняю мышцы магией, готовясь к любым неожиданностям, но император удивляет — хватает за шиворот Ранжера и подтаскивает к окну, судорожно открывает створки:

— Шевели лапами, иначе Лана меня убьёт.

— Ну смотри же, — бормочет Ранжер, увлекаемый властной рукой на подоконник. — Смотри, какие драконы покладистые при избранных, неужели ты не хочешь…

Договорить он не успевает: под треск невыдержавшей ткани камзола император вытаскивает Ранжера на улицу. Они шумно шмякаются на клумбу внизу и убегают под треск ломаемых ими кустов.

Покладистые. Если позволяют образоваться связи. Если ставят избранную выше собственных желаний. Если любят.

Поднявшись, я взмахом руки убираю слёзы, другим взмахом изгоняю отсюда воздух, чтобы стереть запахи чужих драконов. Оправляю одежду и закрываю окно.

— Что ты здесь делаешь? — разносится по залу настороженный голос Элора.

Замерев в дверях, он смотрит на меня.

— Да так, — пожимаю плечом. — Обдумываю план собрания. Ты хочешь в него что-нибудь добавить?

Нахмурившись, прищурившись, Элор пристально смотрит на меня, будто чувствует подвох, но сам не понимает, в чём. Наконец, напряжение уходит из его фигуры, он мотает головой:

— Нет. Ты всё просто идеально подготовил.

Он продолжает пристально смотреть на меня.

— Что-то важное случилось? — не понимаю я его пристального взгляда. — Ты должен мне что-то сказать?

— Нет, — лжёт Элор.

Снова.

«Уж кто бы жаловался, — проносится в мои мыслях замечание Жаждущего. — Вы оба мастера лжи. Просто идеальная пара!»

Эпилог

— Ты уверен в надёжности защитных чар? — вопрос задаётся тихо, с нервной ноткой. Человек тревожно оглядывается по сторонам, щурится от бликов на воде.

Лодка скользит по каналу среди других лодок, увозя двух мужчин от пристани. Внешне неотличимая от себе подобных, с таким же, как у всех, светлым навесом. Но она другая, сходство её иллюзорно.

— Дорогой друг, неужели ты думаешь, я стал бы говорить о таком без надёжной защиты? — второй пассажир в противовес своему собеседнику почти вальяжен.

— Это не провокация?

— Сейчас не до провокаций, — он подаётся вперёд. — Если драконы обживутся, мы их никогда не выгоним. Пора действовать. И действовать решительно.

— Я не заметил в Аранском особого желания править нами.

— И что? Думаешь, из-за этого он откажется от целого королевства? От двух королевств? Не исключено, что он лишь изображает безразличие, чтобы усыпить нашу бдительность. Секретарь его действует весьма активно. Упустим момент — и всё потеряем.

— Но что делать? Не убивать же короля, нам тогда Аранские войну на уничтожение объявят, а его младший брат — дракон с денеей. Мы не справимся. Да и бронированного дракона убить непросто.

— Но возможно. Особенно если он этого не ожидает.