Что же со мной не так? Неужели я такой страшный?

«Нудный ты просто», — брякнул изнывающий от скуки Жаждущий.

«У него…» — хотела было сказать «сложный период», но это только ещё больше подначит Жаждущего, поэтому я обратилась к страдальцу:

— Элор, если нечем заняться — министры с радостью загрузят тебя делами. И у нас ещё с демонами не всё урегулировано, надо подготовиться к обмену студентами. Ты же понимаешь, что нам могут прислать шпионов и диверсантов.

— Нет, про тебя я молчать не буду: и ты меня из своего кабинета выгоняешь, выслушать не хочешь.

— Я уже час тебя слушаю.

— Но я же до этого молчал!

— Я слушал, как ты сопишь, пытаясь привлечь моё внимание.

— То есть ты понимал, что я пытаюсь привлечь твоё внимание, но не реагировал?

— Я всё понял по твоему сопению. Всё, что ты хотел мне сказать.

«В общем-то, я понимаю, почему Фламиры не спешат с ним встретиться, — протянул Жаждущий и поёрзал у меня на талии. — Он же кого угодно разговорами достанет».

«Да ты постоянно страдаешь, как он!» — не выдержала я.

«Неправда!» — возразил Жаждущий.

«Правда».

Я медленно вдохнула, выдохнула — и продолжила работу."

"К сожалению, поцелуи для обмена на совместный сон закончились, и Элор грустнел, а я всё больше задумывалась о том, что надо пробраться к нему ночью. Вот только у Элора, похоже, бессонница началась, потому что ночами он часто бродил по башне.

И в одну из ночей Элор поскрёбся ко мне с предложением ночного чаепития.

— Не нравится мне вся эта ситуация, — признался он за чашечкой фруктового чая и подтолкнул мне тарелку с пирожными. — Две недели на исходе, скоро Арен вернётся с беременной Валерией, а мы так и не закончили с Фламирами. Не понимаю, чего они ждут, ведь понимают, что с его возвращением наши позиции усилятся. Или, наоборот, хотят воспользоваться тем, что Валерия не сможет обратиться и потому станет уязвимой?

— Возможно, они пока ищут союзников. Или просто не знают, что делать, — помедлив, я всё же переложила одно из пирожных на свою тарелку и облизала пальцы.

Элор с жадностью проследил за этим жестом, за тем, как язык коснулся кожи, и меня неожиданно бросило в жар. Элор с трудом отвёл взгляд от моих губ и уставился на стену.

Я же мысленно отругала себя за неуместный жест и попыталась сосредоточиться на теме разговора. О Фламирах и их странном поведении столько всего было сказано, что добавить нечего. Элор ведь и с императором эту ситуацию обсуждал неоднократно.

— Лучше бы они уже что-то сделали, — проворчал Элор. — Это ожидание становится невыносимым.

— Может их как-то спровоцировать? — Я взялась за ложечку.

— Мы их арестовать собираемся, и они явно об этом знают, какая провокация может быть сильнее этой?

Мысленно перебирая варианты, я пришла к выводу, что провокации сильнее этой и правда не найти.