Не, тот тоже рыжий был, земля ему пухом, но пал от садового инструменту…"

"– Анька, марш домой! Домой, я те говорю! Нет, тебе нельзя в отделение, ещё тока там ты стрельцам глазки не строила?! Дома скотина не кормлена, полы не метены, дети по лавкам с внуками скачут, а у ей шалости одни в голове, корова ты рыжая, семидесятилетняя…

Потом грозный рык Еремеева призвал всех к порядку, и народец примолк. Баба-яга, бегло оглядев всех подходящих по возрасту девушек, дала отбой. Как я понимаю, царевны Марьяны среди них не было. Да и кто бы поверил, что была! Уверен, шустрая сестричка нашего Гороха ещё вчера успешно сделала ноги из города и сейчас скрывается где-нибудь в тайном убежище.

Предположительно в том самом женском монастыре, о котором говорила бабка…

Постепенно шум стих, люди, ворча и переругиваясь, расходились по домам. Не выходной всё-таки, у каждого свои дела, постоянная работа, весь день топтаться у ворот отделения мало кому время позволяет. И у меня, кстати, тоже серьёзные планы на день, а вечером так вообще ещё и показательный расстрел младшего сотрудника. Да-да, Яга мне сама обещала, а она слово держит…

– Всё, Никитушка, собирайся! – В горницу заглянула раскрасневшаяся бабка.

 – Поедем с тобой в энтот святой монастырь.

– А… город на кого оставим?

– Да ничего с твоим городом не случится. Стояло же Лукошкино до тебя, небось и сейчас под землю не провалится. А ежели что весомое, так Еремеев со стрельцами на посту.

– Хорошо. Я готов. Только возьму планшетку и блокнот.

– Ты, милай, не спеши, – чуть осадила моё рвение наша эксперт-криминалистка. – Поедешь в телеге под сеном, Митенька запрягает уже.

– Так он тут?

– А куда ж он денется, – недобро усмехнулась глава экспертного отдела.

 – За все грехи отвечать надобно. На сей раз он в конюшне отсиделся, но теперича, как народ рассосался, пущай за дело берётся. Да и кому кобылой-то править, не я ж, старая, за вожжи возьмусь?

Однако на деле Митя категорически отказался прямо сейчас ехать через весь город, нарываясь на разборки с горячими родственниками всех рыжух Лукошкина. Пришлось разрешить ему остаться на секретном задании, контролируя трёх женихов беглой царевны. Ну то есть позволил ему переодеться, изменить внешность и пройтись по кабакам, держа граждан Бельдым-бека, Сосо и фон Паулюсуса под тихим и негласным наблюдением.

Причём денег на выпивку не дал, пусть это будет ему уроком…

А из ворот отделения нас вывез Фома Еремеев. Стрелецкий сотник привычно завалил меня сеном, взялся за вожжи, причмокнул губами, и рыжая кобыла тряско пошла вперёд. Я даже думал, что успею с полчасика подремать, закрыл глаза и расслабился, но…

– Стопорись-ка, стрелец-молодец, – разбивая мои мечты, задержала телегу бабка.