Я намного мельче всех мужчин и, вероятно, именно поэтому могу свободно дышать и чуть-чуть двигаться. Слышу затрудненное дыхание остальных, но в сознание никто из них не приходит. Вспомнить! Нужно вспомнить. Пока не поздно! В старинных книгах, по которым мы с Золотком учились древней магии, говорилось о том, как можно противостоять отъему магии. Нужно не только вспомнить! Пришлось произносить всю формулу, всплывшую из глубин памяти, впервые.

Получилось! У меня получилось, но сил осталось только на то, чтобы с большим трудом отползти в сторону и скрыться от взгляда простых людей и магов.

Все! Сил больше нет. Дыхания нет, запаха нет, тела нет, меня нет. Надеюсь, я успею восстановиться, прийти в себя, и будет еще не поздно.

Граф Дали

Боль в руках заставила меня очнуться. Слабость, охватившая тело, долго не давала открыть глаза, но зато я вспомнил, как мы приехали в очередную крепость, как нас встретили и проводили в башню. Вспомнил недоумение, охватившее меня, когда мы оказались в совершенно пустой комнате с блестящим мраморным полом. И больше ничего. Совсем ничего."

"Слева от меня раздался звон цепей и стон.

Беспокойство помогло мне открыть глаза. Первым чувством, которое я испытал, было изумление. Еще совсем недавно по дороге к крепости мы смеялись, рассказывая о преданиях, бытующих в этой местности, но, рассматривая то, что меня окружает, я осознал, что смеялись мы зря. Несколько тусклых магических светлячков освещают именно лабораторию, существование которой мы с таким жаром отрицали. Она выглядит как огромный зал, стены которого теряются в глубокой непроницаемой темноте, но зато рядом прекрасно видны крепкие столы с металлическим покрытием и всевозможными креплениями, которые зловеще поблескивают. Сильнее всего взор притягивает стол с мраморной столешницей. Именно на нем разложены различные инструменты, о назначении которых нетрудно было догадаться. Чуть дальше угадывались очертания многочисленных клеток, обитателей которых видно не было.

Боль напомнила мне о том, в каком незавидном положении я нахожусь. Мои руки и ноги прикованы к стене, ободранные кандалами запястья кровят, ноги до пола не достают. Я нахожусь в подвешенном состоянии.

Из одежды на мне остались только штаны. Повторный стон, раздавшийся с левой стороны, заставил меня с трудом скосить в сторону глаза, и я увидел своего друга и близнецов, прикованных, как я, к стене. Стонал находившийся ближе всех ко мне Кристиан. Виконты с беспокойством поглядывали на него. Пришедший в сознание принц огляделся и спросил:

— Айвенлин?

Ответил ему один из братьев:

— Ее здесь нет. И если я не путаю, то она довольно далеко отсюда и пока не двигается. Я чувствую ее.