Наверное, если рассказать подправленную и сильно упрощенную версию, ничего страшного не случится. В конце концов, эта история известна всей деревне, и, если я действительно интересую Шейрана, он уже мог расспросить о событиях тех лет баронских слуг или воинов. Так что врать или отмалчиваться смысла нет.

Полная же версия моей истории не известна никому. Даже Отха и та знала не все.

— Я действительно помню крайне мало. Наставница говорила, это все потому, что у меня шок, так бывает… — еще раз вздохнула. — Отха подобрала меня зимой восемь лет назад. До этого я бродила по лесу несколько часов… Повезло, что одета была тепло, и тогда вообще была оттепель. Но замерзла жутко. Знахарка меня еле выходила, я около месяца пластом лежала.

— Как ты попала в лес?

— Вот тут самое странное, этого поначалу тоже никто понять не мог. Но затем деревенские нашли на тракте в десяти верстах от деревни разоренный обоз. Я же… я смутно помню, что куда-то ехала…

— Выжившие, кроме тебя, были?

— Нет.

— А что за обоз был? Куда направлялся? Откуда? Что за люди в нем были?

— Куда направлялся, вероятно, этого не скажет никто. Скорее всего, из столицы провинции в один из шахтерских городков или баронских замков. А люди… сама я лиц не помню… только звон стали, крики и кровь. Море крови… И еще жуткий холод…

— А в деревне что говорили?

— Что они скажут? — поморщилась я. — Обоз нашли дня через два или три, когда зверье успело хорошо над телами поработать.

— И все же… Кто там был? Мужчины, женщины, дети? Эрлайцы или представители других народов?

Я прикусила губу и будто через силу сказала:

— Вроде мужчины, вроде эрлайцы… Но я всего этого не видела, всего этого не помню…

Поверил? Или нет? Даст Триединый, поверил… А начнет расспрашивать, все равно ему большего никто не расскажет. Потому что все и правда было так, как я рассказала.

Страшно сказать, но тогда, восемь лет назад, мне невероятно повезло, что я наткнулась на разоренный обоз. Перепугалась безумно, вывозилась в крови… Зато потом ни у кого в деревне вопросов не возникало, откуда я такая взялась. Лишь Отха знала, что все не так просто.

— Кто напал на обоз?

— Известно — разбойники. Их хватает в наших краях. А тогда еще год дождливый был, голодный. Наша-то деревня богатая, да и окрестные вроде не бедствуют, но не во всех баронствах дела обстоят хорошо. Так что народ промышляет… особенно в голодные годы… В окрестностях деревни почти каждый год находят разоренный обоз, а то и не один.

— Больше ничего не помнишь? Может, какие-то детали?.. — Шейран нахмурился.

Не похоже, что мой рассказ удовлетворил загадочного баронского гостя. Явно он ожидал услышать что-то другое.