Погрузив на него добычу, включая трофейное копье с обсидиановым наконечником, повел так, чтобы слабенький ветер дул на нас. Вскоре жеребец почуял кобылу и заржал призывно. Она ответила в лучших традициях любовной лирики. Дальше мне нужно было лишь следовать за отпущенным жеребцом. Кобыла паслась, стреноженная, в ложбине в паре километрах от места моей ночевки. Была коровьей масти и в возрасте более восьми лет. С кожаной попоной на спине, но без седла. Индейцы частенько ездят верхом без седел. Заигрывания Буцефала она проигнорировала. Наверное, цену себе набивала. Я перегрузил на нее убитую самку чернохвостого оленя, сел на жеребца и повел кобылу на поводу.

К Мормонскому лагерю добрался в одиннадцатом часу. На участках моих соседей-мормонов было многовато людей. Большая часть стояла возле их хибарки. Время было самое рабочее, поэтому я догадался, что случилось что-то неординарное. Взгляды, которыми на меня смотрели мормоны, были, мягко выражаясь, недружественными. Первой мне пришла в голову мысль, что кто-то изнасиловал Катрин, и подозревают меня. Потом подумал, что меня-то она уж точно бы опознала или промолчала. Хотя, кто его знает, как у мормонов принуждают к женитьбе?! Ирландцев не было на участке, вместо мясника ко мне подошел Пьер Блан.

— Что случилось? — спросил у него.

— Ирландцы ночью вырезали и обчистили твоих соседей и подались в бега, — ответил француз. — Вернулись из лавки пьяные, но не орали песни, как обычно. Я еще подумал, что, наверное, совсем на мели сидят. Утром проснулись от криков Катрины. Она у подруги ночевала. Пришла рано утром, а отец и обе его жены с перерезанными глотками и все ценное исчезло, в том числе золото тысяч на пятнадцать долларов. Похоронили их только что там, — показал он рукой на место выше по склону, где росли деревья. — Начали рыть яму ниже, но нашли золото, поэтому выбрали место подальше от берега.

— Подозревали и меня? — высказал я предположение.

— Да. Я говорил, что ты с ирландцами никаких дел не имеешь, только помогают тебе туши разделывать, но мне не верили, — подтвердил он и сразу предложил свои услуги: — Помочь с тушей?

— Конечно, — согласился я.

— Откуда кобыла? — поинтересовался Пьер Блан, когда мы снимали с нее убитую самку чернохвостого оленя.

Я рассказал про убитого индейца.

— Видать, сегодня была ночь висельников! — весело улыбаясь, произнес француз, но глаза его были предельно серьезны.

— Начинай, а я схожу к Катрин, — сказал ему и пошел на соседний участок, который начали покидать мормоны.

Глаза девушки были красны, а лицо припухшим от слез. Ее утешали подруга Бетти Причард и пожилая женщина, жена предводителя мормонов в нашем лагере. Они втроем сидели на бревне возле хибарки, из которой все еще шел сладковатый запах крови.