Я бесплатно перевезу их в Соединенные Штаты Америки, на Восточное побережье, где они отработают шесть лет бесплатно, только за еду и одежду, после чего смогут заняться, чем хотят, или остаться работать у меня и получать зарплату, — ответил я и проинформировал на всякий случай: — Рабство в моей стране отменили в этом году, так что они будут свободными людьми после того, как отдадут долг за перевоз. Могу взять и пассажиров, способных оплатить переезд, если таковые найдутся. У меня для них есть комфортабельные каюты.

— На счет способных оплатить переезд ничего сказать не могу. У кого были такие деньги, тот давно уже уплыл искать счастье в другие страны, — не без зависти произнес Ван Джитуй. — А бедняков, желающих уехать отсюда, найти будет не трудно. Из-за бунтовщиков крестьяне уже много лет не сажают рис. Люди голодают. За небольшую плату я смогу организовать набор таких.

— Заплачу тебе по десять центов за голову, — предложил я. — Мне нужно четыре сотни. Желательно, побыстрее, к концу загрузки углем.

Ван Джитуй завербовал для меня почти полторы сотни. Остальные приплыли на пароход сами. Как только по Шанхаю разнесся слух о найме работников в США, к борту стали подходить сампаны, набитые желающими покинуть родину. Это были истощенные люди с отчаяньем в глазах. По моему приказу отбирали только молодых, до тридцати, отдавая предпочтение выходцам из сельской местности, в первую очередь женщинам, которые более пригодны для работы на хлопковых плантациях. В результате я загрузил на шестьдесят человек больше, чем предполагал.

54"

"С тех пор, как через Панамский перешеек проложили железную дорогу, соединившую город Колон на побережье Карибского моря с Панамой на побережье Тихого океана, оба города начали стремительно разрастаться. Через перешеек пошли грузы с Восточного побережья США на Западное, которое быстро заселялось. В Панаме, к тому же, база по бункеровке углем, который сюда завозят из других регионов Колумбии и из Чили.

Пока пароход «Катрин» заполнял бункер углем, пассажиры-китайцы сошли на берег и пересели на поезд. Состав был сборный: пассажирский вагон первого класса, два пассажирских вагона второго класса и пять грузовых. Второй пассажирский вагон второго класса был прицеплен после того, как я оплатил проезд четырехсот шестидесяти пассажиров. Как в два вагона натрамбовали столько пассажиров — загадка даже для самих железнодорожников, но третьего вагона у них не было, а заработать хотели. При этом в вагоне первого класса ехало всего три человека: я и два местных купца, которые настолько тихо, насколько позволяла латиноамериканская культура (в соседнем вагоне их не слышали), всю поездку обсуждали свои дела, связанные с покупкой кофе, сахара из сахарного тростника, бананов и кукурузы.