– Макаров, сколько хода до «Опеля»? – спросил подполковник.

– Если нормально идти, минут восемь... – отозвался майор.

– Значит, эти будут полчаса добираться. Кстати, машина принадлежит Кали Дашаевой, жене Везирхана. Это наталкивает на определенные выводы...

– Наталкивает, – согласился майор. – Будем выводы делать. Рапорт по этому поводу когда писать?

– Когда писать, товарищ майор, научитесь... – заметил лейтенант Троянов.

– Тогда приходи и учи быстрее. Ты, помнится, хвастался, что уже три буквы выучил...

Майор с лейтенантом часто пикировались. Но подполковник в данный момент нашел это неуместным:

– Треп прекратить!

Алексей Викторович оказался прав в определении времени.

Чрезмерная осторожность, с которой группа вступала в каждые кусты, задерживала их передвижение. Значительные потери при непонятных обстоятельствах сделали людей в черном нервными и вздрагивающими, когда сосед наступал на ветку. А на ветки они наступали часто, и часто камни стучали под подошвами. И потому испытывать свои нервы пришлось всем. Но за полчаса они все же добрались до склона, с которого увидели дожидающийся их автомобиль. И только тогда слегка расслабились, почувствовали себя, кажется, в безопасности. И даже пошли свободнее. Можно было подумать, что «Опель» и четыре человека, из которых вооружены были только трое, способны защитить их от напастей, достававших группу с момента перехода периметра.

– Макаров! Видишь их?

В ответ раздалось только тихое скрежетание. Этот условный знак хорошо знаком всем тем, кто постоянно работает с «подснежниками». Если человек не имеет возможности ответить, он проводит пальцем по прикрытой сухим пористым пенопластом головке микрофона.

Отсюда звук. Это было понятно всем, и потому молчание не вызывало беспокойства. И стало ясно, что люди в черном проходят в опасной близости от места, где укрылись майор Макаров и капитан Валтузин. Но при этом каждый спецназовец умел прятаться сам, и обязательно подсказал бы другому, не умеющему, как стоит спрятаться, чтобы не быть обнаруженным. И потому ни у кого не было сомнения, что Макаров научил «крапового» капитана убирать длинные ноги с тропы, по которой проследует противник.

Макаров объявился в эфире через сорок секунд. Но говорил еще шепотом, опасаясь обнаружения.

Микрофон, впрочем, улавливал шепот не хуже громкой речи.

– Топают, как стадо пьяных слонов. Прошли мимо... Капитану Валтузину, кажется, наступили на пальцы. Нечего руки протягивать, капитан... Держи их лучше на оружии.

– Где они? – строго спросил подполковник.

– Выходят на поляну. Спустились со склона, прошли мимо нас, один через ствол, под которым мы лежим, перепрыгнул; сейчас уже подходят к машине. Торопятся, словно там их спасение...

– Я тоже вижу, – доложил капитан Румянцев.