На вопрос капитану, ссаживал ли он кого на берег, тот покаялся:

– Было дело. Херый[96] один забузил. Выпусти меня, говорит, на Гутуевом острове, и всё! Приятель у него там, вишь-ли, служит; сюприз решился ему сделать. Приятелю.

– И ссадили?

– Так он сотельный билет давал! Как тут не ссадишь? Пьяный, денег без счёту. По-надле Морского каналу и ссадил.

Енгалычев успел распорядиться выставить возле британского посольства засаду, но Тейле в неё не пришёл. Миновали сутки. В больнице, не приходя в сознание, скончался агент Попов. О совместной операции Департамента полиции и военных пришлось доложить министру внутренних дел. Благово получил от начальства нагоняй, но отнёсся к нему равнодушно – его намного больше расстроила смерть филёра. Действительный статский советник заявился на Адмиралтейский проспект, 12[97] и спросил у хмурого, тоже не выспавшегося Енгалычева:

– У посольства по прежнему?

– Да. Пусто.

– Где собираешься его искать?

– Город большой… А ты что бы посоветовал?

– Насчёт Кноппа не думал?

Енгалычев нахмурился.

– А ты ведь прав. В «Бессарабии» они об нём говорили!

– Расскажи мне про эту личность."

"– Ну… там уже целое семейство этих Кноппов наплодилось. А началось всё с Людвига. Он приехал в Россию в 1840 году и основал известный торговый дом. Сейчас дедушка уже старенький, живёт под Бременом в замке Мюленталь. В России бывает лишь наездами. Здесь он сильно разбогател, стал бароном. А ведь сын торговца табаком и дочери красильщика! Сейчас Кнопп владеет контрольными пакетами акций в десяти предприятиях, и ещё в пятнадцати состоит крупным акционером. Высоковская, Вознесенская, Екатерингофская, Кексгольмская мануфактуры, Московский купеческий и Учётный коммерческий банки, Андреевское торгово-промышленное товарищество. Дедушка Людвиг контролирует всю доставку хлопка в Россию, ввоз всех станков для текстильной промышленности, да и почти всю эту самую промышленность.

– А откуда у него такие деньги?

– Добрые люди помогли. Скажем так: через Кноппа британский капитал влияет на нашу купеческую среду. Чтобы хлопок брали только американский, а станки покупали только английские. И чтобы не совались, куда не надо. Например, на азиатские рынки.

– Понятно. А шпионство?

– И шпионство, конечно. Но так, что не подкопаешься. Из русских Кнопп выбирает в компаньоны исключительно старообрядцев: Хлудовых, Солдатенковых, твоих любимых Морозовых. Им и кредит, и скидки…

– Чего же в этом плохого? Наши, русские капиталисты. Какая разница, как они крестятся – двумя перстами, или тремя? И кредит – дело полезное…

– Ты не задумывался, почему это одним кредит, а другим – хрен с мылом?

Благово желчно рассмеялся:

– Что, Ваня, ты уже и Хлудова с Морозовым в шпионы записал? Лечиться тебе надо.

– А некогда пока.