Его подташнивало, словно он съел целую упаковку свиного сала. Потирая грудь, он посмотрел налево, а потом направо, оглядывая 22-ое шоссе. Место находилось далеко от центра Колдвелла, и в это время ночи здесь стояла мертвая тишина. Появление зевак было маловероятным. Олени в счет не шли.

Он знал, что будет дальше. Знал слишком хорошо, чтобы пытаться предотвратить.

Зейдист встал на колени рядом с одним из лессеров. Лицо искажала ненависть, рассеченная верхняя губа обнажала зубы и длинные тигриные клыки. С волосами, подстриженными под машинку, и впадинами вместо щек он был словно мрачный жнец, как и смерть спокойно работал на холоде. На нем была лишь черная водолазка и свободные черные брюки. Оружия было больше, чем одежды: грудь пересекала кобура для клинков Братства Черного Кинжала, еще два ножа весели на бедрах. Там же находился пояс с парой Сиг Сойеров[7].

Хотя он никогда не пускал в ход девятимиллиметровые. Он любил личный контакт при убийстве. Вообще-то, только в такие моменты он близко подходил к другому живому существу.

Зед схватил лессера за отвороты кожаной куртки, оторвал от земли и притянул к себе.

— Где женщина? — Когда в ответ послышался лишь злобный смех, Зейдист снова ударил убийцу. Резкий звук, похожий на треснувшую пополам ветку, разнесся эхом между деревьями. — Где женщина?

Издевательская усмешка убийцы подстегнула ярость Зеда, превратившегося в Северный Полярный круг. Воздух вокруг него наэлектризовался и стал холоднее ночи. Снежинки перестали падать рядом с ним, словно распадаясь от силы его гнева."

"Фьюри услышал мягкий скрежет и обернулся. Вишес прикурил самокрутку: татуировка на его левом виске и эспаньолка вокруг рта осветились рыжеватым огоньком.

Когда раздался очередной удар кулаком, Ви затянулся посильнее и поднял свои бриллиантовые глаза.

— Ты в порядке, Фьюри?

Нет, он не в порядке. Дикая натура Зейдиста, казалось, была позаимствована из средневековой драмы, но в последнее время он стал так жесток, что на это было тяжело смотреть. Его бездонная, бездушия сердцевина пребывала в агонии с тех пор, как лессеры похитили Бэллу.

И они до сих пор не нашли ее. У братьев не было никаких зацепок, никакой информации — ничего. Даже после жестоких допросов Зеда.

Фьюри сам не находил себе места. Он почти не знал Бэллу, но она была так прекрасна — достойная женщина, принадлежащая к самым верхам аристократии вампирской расы. Но ее происхождение было не столь важно. В ней было намного большее. Она затронула что-то внутри него, лежащие за пределами клятвы целибата; разбудила другого мужчину. Он тоже отчаянно хотел найти ее, но после шести недель поисков потерял надежду на то, что Бэлла жива.