Обращаясь со мной как с драгоценным цветком, а не как с диким, как он всегда меня называл.

Черт.

Я думаю, что влюбилась в него сильнее, чем могла себе представить.

Волна удовольствия пронзает меня, и в голове становится мутно.

Мои бедра покачиваются в такт его нежному, слишком нежному ритму, и слезы скатываются по моим щекам.

Кейн наклоняется вперед, высунув язык, и слизывает эти слезы, проглатывая их и оставляя теплую липкость на моих щеках.

— Почему ты плачешь? — хрипит он. — Тебе больно?

— Нет. Это так приятно. Это слезы, которые тебя возбуждают.

Он смеется у моего рта, его зубы скользят по уголку моих губ, прежде чем он всасывает их в свой рот.

Кейн целует меня так же страстно, как трахает, но делает это не спеша, не торопясь покусывать мои губы или играть с моим языком.

И когда его рука, обхватившая мою талию, опускается к моему клитору, я теряю контроль. Я не могу больше терпеть.

Не тогда, когда он трахает меня так, будто его тело говорит мне что-то. Слова, которых я не понимаю, но все равно влюбляюсь в них.

Может, это его способ попрощаться.

А может, он просто хочет испортить меня для других мужчин.

Потому что никто не может прикасаться ко мне так, как он.

Целовать так, как он.

Заставлять чувствовать себя в безопасности, как он.

Я стону в его губы, когда оргазм пронзает меня, зажигая огнем.

Мои руки обхватывают его шею, ногти впиваются в его спину, в шрамы, которые я хочу, чтобы исчезли, но в то же время люблю его еще больше из-за них.

Потому что он выжил.

Этот мужчина не так давно убил двух человек на моих глазах. Один из них был его отцом.

И я все еще дрожу в его объятиях, как никогда раньше с кем-либо.

Движения Кейна ускоряются, он двигается во властном темпе. Возможно, потому что я все еще одурманена оргазмом, но мне не больно.

Да, я чувствую себя наполненной.

Настолько наполненной, что мне кажется, он вот-вот разорвет мне живот, но это приятное чувство полноты.

Я прижимаюсь к нему еще сильнее, обнимая его, а он прячет голову в изгибе моей шеи, и тогда тепло наполняет меня.

Мир на мгновение замирает.

Наши тяжелые вздохи эхом раздаются в воздухе, его тело обволакивает мое, а член пульсирует внутри меня.

Мои пальцы гладят его густые каштановые волосы, мои глаза полуоткрыты, а сердце полностью переполнено.

Я люблю тебя, хочу я сказать.

Но слова застревают у меня в горле.

Хотя он и сказал, что я только его, страх, что он никогда не сможет простить мое предательство, парализует меня.

Поэтому я предпочитаю не выставлять себя дурой.

Моя рука опускается на бок, и я закрываю глаза, чтобы запечатлеть его в памяти.

Его тепло, его дыхание, его громко бьющееся сердце, его запах. Все, что в нем есть.

— Не засыпай, — его хриплый голос эхом разносится в воздухе. — Я с тобой еще не закончил.