— Папы нет, а с матерью сложные отношения. Мы плохо ладим и не общаемся, — я не стала признаваться, что мама алкоголичка. — Поэтому подрабатываю с четырнадцати лет. Последний раз работала у Лилии Суворовой нянькой.

— Вот как? — вытягивает лицо. — Значит, ты есть та самая Рита? Лили такие хвалебные дифирамбы пела о доброй, ответственной нянечке. Какое совпадение!

Вспоминаю Лилию Павловну с теплой улыбкой. Последняя наша встреча закончилась ссорой, но я Лилю за все давно простила.

— У мужа Лилии есть брат…

— Мирон? — изгибает бровь. — Знаю его много лет.

В душе снова повисает тяжелый камень.

— Мы с ним были парой…

Не понимаю, откуда во мне взялось желание откровенничать. Я ведь до этой минуты никому не решалась признаться в том, что меня ему продала родная мать. Даже Арине.

Но сейчас правда бурным потоком льется из меня вместе со слезами. Я столько времени замыкала все в себе и вот не выдержала.

— …А потом Виталина показала мне снимок узи, — всхлипнув, заканчиваю исповедь. — Они с Мироном ждут ребенка.

— Да уж, — Кириянова допивает вино. — Из братьев почетное звание отморозка всегда носил Захар. Мирона же я считала спокойным и интеллигентным мужчиной. Но, как говорится, в тихом омуте черти водятся. О приставучем Антоне впервые услышала, и немудрено, что Мирон скрывал этого гнуса. А Виталина теперь будет ходить с пузом. Хоть от меня, наконец, отвяжется.

— Отвяжется? — вскидываю брови.

А Кириянова хохочет:

— Это такая рыба-прилипала! Она мечтала оказаться в ряду моих «ангелов». Кастинги все посещала, в Модный дом не счесть сколько раз приезжала. И через Лили действовать пыталась, и через Суворовых. Только ростиком, знаешь ли, не вышла. И рылом.

— Рылом?

— Понимаешь, детка, мои модели все натуральные, исключительные, имеющие индивидуальность. Мне не нужны штампованные Барби. Такие мои наряды никогда представлять не будут. Виталина сама себя испортила: обкромсала нос, скулы накачала, губы надула. Это уже не модно. Я бы ее даже в секретари не взяла.

— А мне Виталина казалась очень красивой.

— Вздор! — встает с дивана. — А насчет Мирона не переживай и не бойся его. Больше он тебе ничего плохого не сделает. Не дорос еще, чтобы тягаться с такой теткой, как я. Клыки свои обломает.

— Вы меня поддержите? — ошарашенно поднимаюсь тоже.

— Почему бы и нет? Одним ребенком больше, одним меньше. У меня их и так за сотню перевалило.

— Откуда? — ахаю.

— Родной оболтус за границей учится, а местных целый детский дом, который я спонсирую уже много лет, — подмигнув, устало шагает в сторону ванной. — На завтра планы не строй. Попробуем тебя на подиуме посмотреть, раз уж моя модель вышла из строя."

"Не могу поверить… Это не сон? Мне кажется такое в реальности просто невозможно! Я под впечатлением.

Занимаю гостевую комнату.