— Да я её без участия дара убедила, — усмехнулась Катя и махнула на меня рукой. — С ней всё в порядке. Ну что едем?

— Куда? — спросил я зачем-то.

— Домой, — пожала она плечами. — А ты куда хотел?

— Иногда уже хочется, чтобы ты знала всё, что я думаю, — сказал я.

— Я же говорила тебе, что не хочу лезть к тебе в голову, — сказала Катя и улыбнулась.

— Вот и зря, мне нечего от тебя скрывать.

— Мы едем к Волконскому? — удивлённо спросила сестра.

— Ну вот, совсем другое дело! — сказал я, улыбаясь. — Да, снова едем в управление. Думаю, только на сотрудниках свой дар использовать не надо, хорошим может не закончиться.

— Поняла, — кивнула Катя.

— Значит едем.

Мы вышли из госпиталя и сели в машину. Погода только усугубляла мрачное настроение порывами ветра и струями дождя, бьющими в лицо. От крыльца до микроавтобуса всего-то метров двадцать, а мы успели промокнуть. Чтобы не замёрзнуть, пока доедем, я включил печку на всю.

Что вполне ожидаемо, нас остановили на входе и хотели уже развернуть, но я сказал всё, как просил Волконский и нас, проверив документы, пропустили, указав на кабинет, где нас ждут."

"— Как раз чайник только вскипел, — вместо приветствия сказал князь. — Смотрю согреться вам не помешало бы, зуб на зуб не попадает. Да вы присаживайтесь, не стесняйтесь. Ваши любимые пряники, кстати, ещё остались.

Советник поставил на стол широкую вазу с Тульскими пряниками и ещё одну с зефиром. Потом поставил на стол три чайные пары и налил чай. Странно, что он делал это сам, а не «специально обученные люди».

— Вам есть, что сказать, Михаил Игоревич? — спросил я, припав к чашке с чаем, забыв даже про пряники.

— Мне, к сожалению, особо нечего, Александр Петрович, — спокойно и невозмутимо сказал Волконский, отхлёбывая горячий чай из чашки. — А вот вам точно есть, что мне сообщить.

— Но мы уже рассказали вам всё, что знаем, — пожал я плечами. — Добавить больше нечего.

— Ну да, это официальная версия чисто для меня и нашей службы, — всё в той же интонации продолжал князь. — Но меня она уже не интересует, мне нужна правда, которую вы от меня скрываете.

— Не совсем понимаю, о чём вы говорите, — произнёс я, изображая искреннее удивление.

— Александр Петрович, почти сотня человек выворачивает город и пригороды наизнанку. Мы уже должны были найти Марию, даже если её сожгли и от неё остался только один целый волосок. Этого, к моему удивлению, до сих пор не произошло.

— Поэтому я и предлагаю вам нашу помощь, — сказал я, стараясь играть в ту же дудку и не выдавать нарастающее волнение. Ежу понятно, что он догадывается, что происходит на самом деле, но шанс завершить миссию так, как мы распланировали, ещё существует. — Катя может почувствовать её издалека.

— Верю, что может, — кивнул он и как-то грустно посмотрел мне в глаза.