Но чтобы стать управляющим ему нужен полный пакет акций и твоя поддержка в совете, только так компания отойдет ему.

Я прикусила щеки изнутри, чтобы физическая боль заполнила дыру, разрастающуюся на том месте, где должно быть сердце. Нос пронзила жалящая боль, к глазам подступали слезы.

– Нет. Ты говоришь это специально.

Дорис улыбнулась снисходительной улыбкой и опустила ладонь на мое плечо. Я даже не потрудилась сбросить ее руку.

– Милая детка, все чего когда-либо хотел мой сын, хоть и сам отвергал это – стать достойным наследником своего отца. Компанию рискуют разодрать по кусочкам, и Джефри хочет исправить это. А ты всего лишь еще одна пешка на шахматной доске, – с напускным сочувствием выдала она.

Первые слезы сорвались с моих глаз.

Все наконец сошлось в моей голове. Он не хотел, чтобы я показывалась перед советом компании, поэтому он взбесился, когда я прервала его презентацию. Джефри просто опасался, что его план сорвется. Вот для чего я нужна ему. Ничего не изменилось, он по-прежнему ведет двойную игру.

– Это все, что ты хотела сказать?

– Я хотела позлорадствовать. Ты ведь обречена на судьбу своей покойной мамаши. Но сейчас это желание пропало. В общем, я поздравляю вас.

– Зачем ты рассказала мне? Думала, я отменю свадьбу?

– О, нет, ты не настолько глупа. Просто хочу, чтобы ты не строила иллюзий. Это сделка, с какой стороны не посмотреть.

– Так недальновидно, Дорис. С чего ты взяла, что теперь я поддержу кандидатуру Джефри в совете?

– Если ты не выберешь его, главный конкурент твоего отца и Фостера просто потопит компанию. Именно этого он планомерно добивался в течение нескольких лет. Утопить «Эванс-Фостер» и выкупить ее за копейки, чтобы создать собственную империю. Если ты не выберешь Джефри, компании твоего отца придет конец, и ты понесешь огромные финансовые потери. Что недопустимо для кого-то вроде тебя, ведь даже трастовый фонд своих предков ты не смогла сохранить.

– Пошла вон!

Дорис ухмыльнулась и взглянула на мое платье в гардеробной.

– Это прекрасное платье, я уже говорила. Но оно действительно тебя полнит.

И только дверь за Дорис закрылась, я схватила первую попавшуюся под руки подушку, уткнулась в нее лицом и закричала, выпуская все, что пожирало меня заживо.

Глава 40

Джефри

Больше пяти минут я топтался у двери в ее комнату. Это было так не похоже на меня, ведь чертовы двери никогда не были для меня проблемой.

Мне столько всего хотелось сказать ей, но я не мог подобрать нужных слов. Казалось, что бы я ни сказал, все заранее обречено на провал. Она выглядела так, словно давно определилась со своими планами, и в этих планах не было меня. А после мне удавалось разглядеть в ее глазах тот самый огонек, который лучше слов говорил, что она не намерена ставить точку.