Дорис подошла к шоколадным членам и провела по одному из них пальцем, а затем попробовала шоколад.

– Что это за штуковины такие?

– Странно, что с твоим богатым опытом по части заглатывания чужих членов, ты не знаешь что это за штуковины, – ухмыльнулась я, ощущая на затылке ее ненавидящий взгляд. Я прошлась кисточкой с блеском по скулам и улыбнулась Дорис. – Так что ты хотела сказать, мамочка?

– Пришла обсудить некоторые детали, которые никак не укладываются в моей голове. Я правильно понимаю, что ты и мой сын – все?

Признаю, на секунду ей удалось выбить меня из равновесия, но собралась я так же быстро, как и смутилась. Я не могла все закончить, мое сердце просто не позволяло поставить точку в наших с Джефри отношениях.

– Небольшие разногласия, – пожала плечами я, на что Дорис злобно рассмеялась. – Что смешного?

– Ты, глупышка. В твоих глазках стоит любовь к моему сыну. Бедняжка, ты ведь совсем ничего не знаешь. Хотя, Джефри ведь этого и добивался.

– Что за чушь ты несешь?

Дорис схватила ягоду с тарелки и обмакнула ее в шоколад.

– Джефри знал о завещании Эванса с самого начала, более того, Эванс предложил ему тебя в обмен на голос в совете.

Тяжесть, возникшая в моей груди после ее появления, стала исчезать.

– Я знаю об этом. Джефри сам все рассказал мне, а после у нас был потрясающий секс на его рабочем столе. – Я уперлась локтями в стол, сложила руки в замок и опустила на них голову, не сводя с лица Дорис внимательного взгляда. Мне нравится наблюдать за тем, как она теряет надежду. Ее сенсация не была сенсацией. Даже и не знаю, как она это переживет. – У нас небольшие разногласия, но не критичные. Тебя не устраивает то, что он женится на мне. И я понимаю это, ты бесишься, потому что твой сын влюбился в единственную дочь Эванса…

– Ты думаешь, что он любит тебя? – Она говорила это медленно, и такой интонацией, словно я только вчера научилась понимать человеческую речь. А после Дорис разразилась смехом. – Нет, он делает это ради компании."

"Я сглотнула, чувствуя, как тяжесть снова начинает заполнять мою грудную клетку.

При чем здесь компания? Он ведь признался мне в том, что хотел заполучить меня. Компания и так принадлежит ему. Вернее…

Вернее половина контрольного пакета акций. А вторая станет моей после того, как я получу свое наследство.

…Мне безразлична твоя судьба, мне плевать, чего ты хочешь и ждешь, ты не имеешь для меня никакого гребаного значения. И ты находишься рядом, только потому, что это полезно мне!…

– Что? – тихо спросила я, тяжесть в моей груди вдруг перешла на легкие и сжала их с такой силой, что я не могла сделать вдоха.

– Ты не спрашивала у него, зачем ему ты – девушка разбившее его сердце? Ах, да, ты все это время считала, что он согласился на предложение Эванса из-за любви к тебе.