Почему она не в своей спальне?

Нервно сбегая по ступенькам, я направился в гостиную, но застал там только свою маму. Дорис сидела напротив не горящего камина с книгой в руках. Понятия не имею, что за книгу она читала, но полагаю, что это могла быть инструкция по захвату мира «для чайников». Я собирался так же быстро покинуть гостиную и проверить кухню, но был замечен Дорис.

– Доброй ночи, детка, как прошло свидание? – спросила мама, поднимаясь с дивана и оборачиваясь ко мне. На ее носу были аккуратные очки в проволочной оправе, одета она была в скромное платье, что для столь позднего часа и занятия вроде чтения книги казалось мне до безумия несуразным.

Но такой была моя мама – всегда готова покорять мир. Хоть они с Эванс и ненавидели друг друга, были похожи в этом.

Думаю, это постигает всех девочек, которые не получили должной любви отца. Однако в последнее время Барбара все реже прибегала к использованию косметики в этом доме, и мне нравилось это, куда приятнее зацеловывать ее щеки, не чувствуя губами привкус пудры. Кроме того это означало, что Эванс комфортно со мной настолько, что она перестает носить свою маску, и я буду делать все, чтобы она пребывала в комфорте и дальше.

– Я был не на свидании, а на встрече, – хмуро отозвался я.

Мама кивнула на букет в моих руках.

– Купил маме цветы, как мило, – сказала она, однако с места не сдвинулась. Дорис прекрасно понимала для кого эти цветы.

– Ты не видела Барбару? – игнорируя ее вопрос, спросил я.

Дорис пожала плечами.

– Нет, может в кинозале или на кухне, может, весело проводит свое время с твоим братом в бассейне или уже в его спальне, кому какое дело?

Я лишь вздохнул и потер переносицу. И снова внутри меня возникла усталость от ее манипуляций и попыток очернить Барбару в моих глазах.

Мама смогла сдерживать свой яд не более недели. А я уж было подумал, что все ее улыбки от уха до уха в присутствии моей невесты хоть на один процент были искренними.

– Не засиживайся подолгу, спокойной ночи, – бросил я и поспешил уйти, ведь не собирался тратить и секунды на разговор, который она только планировала начать.

– Знаешь, медвежонок, я думала, что ты действительно свихнулся и влюбился в дочку Эванса, но все оказалось куда более запутанно, не так ли? – Я остановился и резко обернулся.

– О чем ты?

– Я о завещании Эванса, вернее о том факте, что ты заключил с ним сделку. А я никак не могла понять, зачем она тебе, кроме удовлетворения потребностей? Но теперь-то все встало на свои места. Твой голос на совете в прошлом в обмен на компанию в будущем. Но, увы, к компании прилагается и Барбара, я права?

– Кто тебе сказал?

– Узнала у бывшей экономки Эвансов. Чашка кофе и две тысячи долларов и даже попугай запоет «О! Какое прекрасное утро»27. Я поражена твоим расчетливым умом.