Мне жаль, что мы стали врагами, и я горжусь, что у меня есть такой враг.

– Жаль, что не могу ответить тебе так же, вождь. Для меня ты и твои соплеменники не больше, чем просто людоеды. И клянусь первородным яйцом, я не хотел этой вражды. Потому и не ответил на твое приглашение, – со всей возможной учтивостью ответил Генри.

– Я знаю. А что касается еды, едите же вы яйца, так почему бы нам не есть людей? – криво усмехнулся грендалианин.

– Наш разговор становится философским, – усмехнулся Генри.

– Тогда давай начнем, и пусть все увидят, какая раса сильнее, – ответил вождь, делая шаг вперед и вскидывая саблю.

Прыгнув вперед, Генри нанес ему несколько быстрых рубящих ударов. Несмотря на крепкую, жесткую шкуру, грендалианин оказался гибким и очень быстрым. Он ловко парировал все удары и быстро перешел в атаку. Противники закружили по песку, стараясь поставить противника лицом к солнцу.

Внимательно следя за противником, Генри краем глаза успел заметить, что все его бойцы успели сменить места дислокации и теперь держат под прицелом бластеров всех пришельцев. Даже Дик умудрился перебраться на другую скалу, оставшись незамеченным."

"Генри легко взмахнул тяжелой саблей, выписывая ее кончиком длинную петлю. Вождь решительно принял удар на сильную часть клинка и, отбросив саблю противника, нанес резкий горизонтальный удар по груди Генри.

Прогнувшись в пояснице, Генри попустил удар над собой и тут же нанес ответный, возвращая клинок из того положения, в котором тот оказался после толчка. Раскрывшийся грендалианин не успел ничего сделать.

Старинный клинок распорол ему кожу на ребрах, оставив длинный, кровоточащий порез. Отскочив в сторону, вождь бросил быстрый взгляд на рану и одобрительно кивнул головой:

– Хорошо сделано, мягкотелый, но это ничего не значит.

– Это только начало, вождь. Поверь, сегодня ты будешь сильно удивлен, – зло усмехнулся Генри, чувствуя, как красный туман застит глаза.

– Клянусь первородным яйцом, ты все больше мне нравишься, – рассмеялся вождь, делая шаг вперед.

– Не могу ответить тебе тем же, – усмехнулся Генри и, шагнув навстречу, сделал то, чего в бою холодным оружием делать не стоит.

Не дав грендалианину разорвать дистанцию, он шагнул еще ближе и, перехватив предплечье с оружием на левую руку, ударил противника эфесом в лицо. Рухнув на песок, вождь потряс головой и, выплюнув на песок выбитые зубы, криво усмехнулся:

– Похоже, ты сказал правду, мягкотелый. Я действительно удивлен.

Резко вскинув ноги, он одним движением извернулся и вскочил на ноги. Не прекращая движения, он стремительно бросился вперед, пластая воздух стремительными ударами клинка.