– Я не могу вам этого сказать. Сказала вам больше, чем имела право. Вы только не говорите, пожалуйста, Алевтине Андреевне…

– Не переживайте, Ирина Степановна, я буду молчать, вы только скажите… А какое у Ксюши отчество?

Не знаю, почему я так вцепилась в эту девочку. Мое сердце заполошно билось с тех пор, как она посмотрела на меня своими голубыми глазами.

– Денисовна, ее отчество – Денисовна.

У меня перехватило дыхание, будто меня ударили под дых.

Невозможно…

Нет. Это просто совпадение…

Я была уверена, что это всё больная игра моего воображения, ведь мой разум все эти годы искал в каждой девочке мою дочь. Я смотрела на детей и гадала, была бы такой же моя собственная дочка.

Вот и сейчас я вцепилась в соломинку, словно саботируя свою нынешнюю жизнь.

Я продолжала держаться за прошлое, как и Ник. Вот только у каждого из нас были свои истории, которым не было конца и края.

Глава 4

Я всегда просыпалась рано, часам к семи, готовила мужу завтрак перед работой, провожала его, а затем отправлялась в свою мастерскую на чердаке. Там была моя отдушина, где я могла выплеснуть свои эмоции на холст.

Но не в этот раз.

С самого утра в доме царило напряжение.

С тех пор, как мы посетили детский дом, что-то между мной и мужем изменилось. Возникла трещина, которую было не склеить, как бы я ни старалась делать вид, что всё в порядке.

Не знаю, что думал сам Ник, мы ни разу не говорили о той поездке, как и о его вазэктомии, но я практически перестала спать, полночи ворочаясь в постели. Ник ничего не говорил – либо так крепко спал, что не замечал моих метаний, либо закрывал на мое беспокойное поведение глаза.

Мы оба избегали серьезных разговоров, ограничивались лишь бытовыми “что ты будешь на ужин”, “давай сменим клининговую службу”, “доброго утра” и “доброй ночи”. Стандартные фразы, за которыми мы оба прятались, скрывая то, что нас по-настоящему беспокоило.

– Денисовна, ее отчество – Денисовна.

Слова воспитательницы до сих пор стояли у меня в ушах, и я порой ловила на себе понимающий взгляд мужа. Он всё услышал в тот день, когда подошел ко мне, но пока молчал. Не хотел получать ответы на незаданные вопросы.

Очередное утро снова могло пройти в молчании, если бы не статья, на которую я наткнулась в сети.

“Завидный холостяк Ник Васильев в компании с Евой Ландау посетили выставку…”

Фотография, которая была расположена чуть ниже, явственно демонстрировала моего мужа, который обнимал свою спутницу за талию. Девушка была высокой, почти с него ростом. Молочная кожа, темные длинные волосы, раскосые глаза, которые выдавали в ней хищницу, пухлый приоткрытый рот. Она была дамой эффектной и явно знающей себе цену. И имя ее было уж больно знакомым.