— Да, простите, — пробурчал он и все же опустился возле полуорка на колени и принялся его обыскивать. Снял пояс с палашом и несколькими метательными кинжалами. Хорошо, что сверху тот одет только в безрукавку — там ничего не спрячешь.

— Проверьте за голенищем сапога, — попросила, и к удивлению Рохеиса, оказалась права.

Когда все было закончено, Рохеис отошел, и я запустила магию. Вода обхватила полуорка от горла и до кончиков пальцев ног, и подняла в воздух, распяла, чтобы и рукой дернуть не мог. Я скрутила водные жгуты максимально плотно, но все равно побаивалась, что он сумеет вырваться, поэтому подвесила его повыше, чтобы было больнее падать, и подальше от себя, чтобы успеть вновь остановить течение его крови, возможно, уже навсегда.

Потом сосредоточилась на биении его сердца, замедленном течении крови. Надеюсь, я не довела его до инсульта и не сделала идиотом. Вздохнув, немного ускорила движение крови, от чего его щеки немного покоричневели — так при зеленоватой коже проявлялся румянец. Вздохнув, поплескала немного воды ему в лицо, и, наконец, он тряхнул головой и открыл глаза. Огляделся, подергался, проверяя путы."

"— Не советую дергаться, вырубить тебя мне не составит труда, — он замер, но, кажется, впечатлили его не столько мои слова, сколько вид водяной ловушки, в которой мы засели и огромный водяной шар над нашей головой.

— Что вам надо? Хоть пытайте, я ничего не скажу, — рыкнул орк решительно, глядя почему-то на Рохеиса, а не на меня.

— Я же говорил, надо было его утопить, — поддакнул купец.

А я, прищурившись, вглядывалась в эмоции полуорка. Застарелая боль, решимость. Прежде я ощущала от него и остальных тупую исполнительность, а теперь он был на грани, его эмоции были раскрыты.

— Ты ведь не раб? — закинула пробный шар.

— Не раб.

Он не врал. И врал одновременно. Я уже насмотрелась на эмоции рабов в Халифате — на обреченную покорность, на затаенную ненависть, на зависть к свободе, на решительность дожить до окончания срока или безнадегу. Эти эмоции были в полуорке, и саднили они едва ли не больнее, чем у многих рабов.

Потому что он был свободен.

Глава 62

Я почувствовала себя гончей, следующей по следу. Мое магическое чутье было напряжено сейчас по максимуму, я одновременно отслеживала всех людей и нелюдей в пустыне, контролировала их эмоциональный фон, экранировалась от паникующего Рохеиса, держала водяную защиту, огромный шар воды над нашими головами… я была практически в полу-трансе, и вскрывшийся передо мной источник информации стал будто алая тряпка для быка. Какая мне разница, что там у него за проблемы? Пусть сам их решает. Но…

— На что тебя поймали? Говори же, — я практически шипела, во мне будто прорезалась родственная связь со змеями, которую я давно в себе подозревала.